Цеховик. Книга 12. Восходящая Аврора

 – Как у вас?

– Нормас, – киваю я и поворачиваюсь к Цвету. – Давай, Паш, покажи, кто в доме хозяин.

Тот молча наклоняется и вынимает из руки Иглы «макарыча». Сдвигает затвор, проверяя не пусто ли в патроннике и, удовлетворённо хмыкнув, молча, без самолюбования и обличительных речей по два раза стреляет в Лазаря и в Ваху.

Их лица искажаются болью, ужасом и гневом. «Макаров» выплёвывает огонь и громыхает, будто в него вселился мстительный Зевс и с помощью Цвета сводит счёты со своими должниками. Огонь, запах пороха и крови слишком часто появляются в моей жизни, но я так и не могу привыкнуть к этому…

– Э, ты чё, Цвет, ты чё делаешь!!! – ужасается Джемо.

Он не успевает договорить и получает две своих пули. В грудь и лоб. Джемо откидывает пробитую обезображенную голову, и падает, как подкошенный. Мне его жаль, сердце сжимается, но тут дело такое… политика. Предательство не спускают, а он уж больно хитро-выделанным оказался. И если бы не Кабарда, возможно, сейчас на полу лежали бы я и Цвет…

Перед глазами стоит его весёлое радостное, полное жизни и такое молодое лицо, совсем непохожее на то, что с ним только что случилось.

Вообще, вся эта расправа, праведный гнев и отмщение не вызывает никакого воодушевления, только сожаление и желание поскорее от этого устраниться. Происходит всё быстро и как-то даже обыденно.

Кажется и Цвет, более меня расположенный к воздаянию должного и актам возмездия, тяготится своей миссией. Но тут ничего не поделать – власть в волчьей стае добывается кровью и отсутствием сожалений.

– Я скулить бесплатно не стану, – сипит от волнения старающийся держаться достойно лесовичок. – Я тебе в лоб скажу, что об этом мероприятии не знал. Рогом пошевелил, думаю, лады, реально всё перетрём, порешаем и законно состыкуем… А тут вот… Сказал, короче… Дальше сам решай…

– Я в курсе, – подмигивает ему Цвет, опуская руку. – Будешь теперь со мной упираться.

– Осину что ли гнуть?

– Я сказал не на меня впахивать, а со мной дела делать.

– Согласен я, – кивает Старый.

– Ну и… молоток, чё… Сеню Кабарду знаешь? Правильный пацанчик, стремага. К себе возьмёшь.

Цвет поворачивается к двери и громко восклицает:

– Э, Кабарда, где ты-на?

Тот заходит в комнату и останавливается, переминаясь с ноги на ногу.

– Вот, будешь со Старым теперь.