Цеховик. Книга 12. Восходящая Аврора

Я начинаю утомляться от этого разговора.

– Уголёк у нас действительно итальянец, – кивает Ферик. – Вито Мариович по паспорту.

– Знаешь, почему меня Угольком назвали? – подмигивает он мне. – Потому что я с виду маленький, но горячий, капец, как раскалённый уголь. Сечёшь?

– Секу, Вито Мариович. Ты из какой части Италии?

– Я не из Италии, я из города на Неве, а вот батя мой, Марио Греко, приехал из Италии. Коммунист, между прочим. Приехал и остался. Мамку мою встретил и не смог не полюбить, а она его. Ну, он-то потом уехал организовывать революцию в Штатах.

Он смеётся, а сам внимательно следит за моей реакцией – буду ли я ржать, как баран или отнесусь к этой чувствительной теме деликатно. Ну, что же, отнесусь деликатно, хотя есть в этом Угольке что-то неприятное, от чего хочется поскорее отделаться.

– Интересно, – говорю я как можно нейтральнее.

– А что такого интересного? – ухватывается Вито.

Я чуть качаю головой.

– Нет, ну ты объясни, ответь, чего тебе интересно?

– Прям-таки ответить? – хмыкаю я. – Ну ладно. Во-первых, «интересно» – это фигура речи, довольно нейтральное выражение заинтересованности в продолжении диалога, а заодно и проявление эмпатии. А ещё это и подтверждение того, что мой собеседник, человек судя по всему, неординарный и вызывает определённый интерес, как личность. Пойдёт такой ответ?

– А вообще, – добавляю я, складывая три пальца в щепоть, будто креститься собрался и трясу этой щепотью перед собой, – ке каццо? Ваффанкуло!

Услышав ругательства на языке отца, Уголёк вскакивает и выпучивает глаза.

– Ты чё сказал! Не, Ферик, ты слыхал, куда он меня послал? Ваффанкуло! Ты откуда знаешь?!

Он снова начинает смеяться. А смеётся он весьма примечательно, лицо морщится, глаза превращаются в щёлочки, а из прикрытого рта вырывается мелкий сипящий хохоток. Отсмеявшись и покраснев, он снова садится за стол.

– Что ты ему сказал? – спрашивает меня Ферик со смехом. – Его чуть кондратий не хватил.

– Извините, Фархад Шарафович, – качаю я головой. – По этическим соображениям я не могу вам ответить.

– Он сказал, – поясняет Вито, – «какого хера» и послал меня в жопу.

Ну… можно и так перевести.

– Так ты по-итальянски умеешь? – удивлённо спрашивает Уголёк.

– Ну, несколько главных слов знаю, – пожимаю я плечами.

Бывал я в твоей Италии, два раза целых.