Цеховик. Книга 2 Движение к цели

Да, Андрей Михайлович?

Он краснеет и на этом всё заканчивается.

– И почему ты мне ничего не сказал? – накидывается он на меня, когда мы выходим из горкома.

– Так что я мог сказать? Я сам был огорошен!

– А про помощь милиции почему не сказал?

– Так это… – соображаю я, что бы соврать, – операция засекреченной была, о ней нельзя распространяться. Да я и не думал, что тот парень из горкома партии окажется.

– Ясно всё с тобой. Бестолочь ты и есть. Смотри, с Новиковой поосторожнее. Проглотит и не подавится.

– Откуда мне знать, Андрей Михайлович?

– Клеопа. Это в честь Клеопатры. Улавливаешь почему?

– Нет, – делаю я вид, будто не улавливаю.

– Потому что ведёт себя, как самка богомола. Ну да тебе ещё, пожалуй, рано такие вещи понимать. Просто держись от неё подальше и всё.

Похоже, кто-то за аморалку полетел. Забавно да? Аморальное поведение? Иди в школу, детей учи.

Мы прощаемся и я иду домой. Ну что же, нужно подумать, как можно применять своё новое положение.

Размышляя, я подхожу к дому. Сворачиваю во двор и иду к своему подъезду. У сугроба стоит белый "Жигулёнок". Ну стоит да стоит, никому вроде не мешает. Я иду себе по своему маршруту. Однако, когда прохожу мимо машины, раздаётся резкий сигнал клаксона.

Окошко открывается и из него выглядывает, тот самый коренастый, что приходил вместе с Рыжим…

– Слышь, Бро, – говорит он в открытое окно.

– Зачем это? – интересуюсь я.

Признаюсь, такой поворот событий мне не слишком по нраву.

– Разговор есть, – говорит он. – Надо обсудить кое-что.

– Так вроде обсудили уже всё.

– Да полезай ты, не ссы, ещё надо кое-что перетереть.

Мне ничего не остаётся, как усесться в машину. Я пристёгиваюсь ремнём, который, как в самолёте, не подтягивается автоматически, а свободно ложится мне на грудь, как орденская лента фельдмаршала Кутузова.

– Куда едем? – спрашиваю я.

– В «Кавказскую Кухню», – отвечает коренастый. – За «Комсомольским парком», знаешь такую?

– Слышал, – киваю я, – но посещать не доводилось.

– Ну вот, сейчас посетишь. Шашлык, люля и тополя.

– Ну как там собачка твоя? – спрашивает он. – Хорошая, прям забыть не могу. Как зовут?

– Чё, в натуре? Нахера такое имя? Как в кино что ли?

– А это не мы придумали. Батя такого уже купил.

– Да нормально, привыкли уже.