Цеховик. Книга 2 Движение к цели

– Понимаешь, результаты вашей перестройки повергли меня в уныние. То, что стало… станет со страной – это просто катастрофа. Но, с другой стороны, к этой катастрофе приведут не только действия ваших олигархов и прочее. Ведь то, что сейчас происходит, уже создаёт предпосылки для этого. Правильно?

Я смотрю на него и не отвечаю.

– Вот и получается, что надо выбирать из двух хреновых вариантов.

– Цугцванг, – говорю я.

– Вот именно, – кивает он. – Сохранять совок, как ты его называешь, в том виде, как мы сейчас имеем, нельзя.

– Тут вот какой момент, Юрий Платонович. Ничего этого не существует, свобод то есть. Это ведь лишь… ну как объяснить-то. Ну вот смотрите, вот у вас икона висит, – я показываю на старинную икону на стене. – Это образ Всевышнего, так? Образ истины.

– Да, – соглашается он.

– А демократия – это образ искажённой идеи. Видите разницу? То, что мы называем демократией – это извращённое изображение изначально неосуществимого идеала. Просто всё обставлено так, что на первый взгляд можно подумать, да, вот она демократия. Она есть и я её вижу. Но знаете, это сплошная манипуляция. Матрица. Правда, в ней жить приятно. Приятнее же думать, что ешь сочный бифштекс, в то время, как сам являешься едой для огромной машины, чем осознавать истину и жить в вечных страданиях.

– Так что делать-то?

– Вы так спрашиваете, будто у нас тут теневое правительство с неограниченным ресурсом и мы решаем, какой же нам путь выбрать, какую ещё модель попробовать на этих жалких людишках. Вы Рокфеллер, а я Ротшильд.

– Но мы должны что-то предпринять! – уверенно говорит Большак.

– Ну давайте пойдём путём китайских товарищей.

– Это что ещё за путь?

– Сейчас расскажу, если хотите. Но, на самом деле, да, делать что-то надо. И у меня мыслишки имеются кое-какие. Вот смотрите, в принципе…

В этот момент раздаётся телефонный звонок.

– Извини, – говорит Большак, вставая с кресла. – Сейчас вернусь.

Он идёт в прихожую к звонящему телефону и практически сразу возвращается.

– Егор, – говорит он. – Мама твоя звонит.

Я подхожу к телефону.