– Как они узнают, кто выиграл? У них есть призовые очки?
– Я должен выбрать победителя в каждой категории. – Очевидно, потому, что мои друзья ненавидят меня, заставляя выбирать.
– И они показывали копии своих налоговых деклараций, чтобы определить, кто выиграл в финансах? – сухо спрашивает она.
– Нет. Но тут ничья, потому что они оба будут играть в профессиональных командах. То же с надежной поддержкой, я никогда не стану выбирать между Ханной и Грейс. Я слишком дорожу своими яйцами.
– Так что покажет этот тест?
– Если только Гаррет не сошьет что-то еще более кошмарное, чем это, – я постукиваю по экрану, – то, почти уверен, он победит.
– Твои друзья чертовски странные, Такер. Ты ведь знаешь это?
– Прекрасно знаю. – Я медлю мгновение. – Слушай, ты работаешь завтра на почте?
– Надеялся, что ты приедешь ко мне и поможешь упаковать вещи. Там будут парни. И Ханна с Грейс, может быть, Элли. Я арендовал фургон, поэтому все будут помогать мне грузить мебель, которую я заберу с собой, – объясняю я и спешу добавить: – Конечно, я не позволю тебе поднимать ничего тяжелого, но подумал, что ты можешь помочь с легкими вещами, вроде одежды.
Но Сабрина с неохотой морщит лоб.
– Уверен, что они будут не против меня там?
– Разумеется, нет. Они правда хотят с тобой познакомиться. Уэлси как-то говорила, как ее расстраивает то, что ты никогда не приходишь.
– Уэлси? – безучастно переспрашивает она.
– Ханна. Ее фамилия – Уэлс, так что Гаррет прозвал ее Уэлси. – И вдруг меня начинает беспокоить то, что я был с Сабриной с самой зимы, а она едва ли знает что-то о моих ближайших друзьях.
– Пожалуйста. – Я улыбаюсь ей самой лучшей из своих умоляющих улыбок. – Это бы так много значило для меня.
– О. – Она тает, словно масло на солнце. – Окей, я поеду.
Сабрина остается верна своему слову и появляется у меня около двух часов на следующий день.
Я увожу ее от греха подальше и целую прямо в губы.
– Привет, дорогая. Спасибо, что пришла.
Ее щеки вспыхивают, когда она понимает, что Ханна и Грейс стоят прямо за мной и видели поцелуй. Меня не волновало бы, даже если бы они целый час наблюдали, как мы трахаемся у этой чертовой стены.
