– У меня есть некоторые сбережения, но они нужны мне для старта после колледжа. Так что я не такой козел, каким ты меня считаешь.
– Никто не говорил, что ты козел, – бормочу я, но не отрицаю того, что парни с деньгами кажутся мне подозрительными.
Некоторое время он изучающе смотрит на меня.
– Позволь спросить тебя. Трастовый фонд Дина зарабатывает за один квартал больше, чем стоит все мое состояние. Секс с ним показался тебе каким-то особенным?
Меня передергивает, потому что пьяная связь с Дином Ди Лаурентисом – не то, о чем хотелось бы говорить.
– Не помню. Была в отключке, он – тоже.
– Ты чувствовала себя потрясающе на следующий день?
– Итак, как мы выяснили, деньги не имеют значения. Мы все одинаково любим и время от времени причиняем боль. И твое прошлое, с кем ты живешь, откуда ты, тоже не должно иметь значения.
Очевидно, урок философии окончен, и это определенно радует, потому как я понятия не имею, что ответить.
Я позволяю Такеру взять мою сумку. Мы молча идем, а затем я спрашиваю:
– Тебя хоть что-то может вывести из равновесия?
Он с серьезным видом кивает, подтягивая сумку повыше.
– Да многие вещи, но я стараюсь не позволять им сбить меня с ног. Это трата энергии.
– Просто назови хоть одну, – прошу я. – То, чего стыдишься. Один недостаток. Одну вещь, которая тебя беспокоит.
– Меня беспокоит то, что ты мне не позвонила.
– Это обидно, но не унизительно.
– Ты отшила меня. Дважды, – напоминает он. – Как, по-твоему, это недостаточно унизительно?
– Потому что у нас был хороший секс, и ты знал, что, если позвоню, то мы снова переспим, при нормальных обстоятельствах, – возражаю я.
Где-то в глубине души я понимаю, что разговор становится нелепым. Я спорю с парнем, с которым спала, о том, что не могу переспать с ним снова, потому что он очень хорош в постели. Моя жизнь официально превратилась в фарс.
