Целитель и сид

Придется потерпеть ради детей. Но чепец я не напялю, нет уж!

Мне повезло, что в Ламаре пребывали представители множества разных народов, и не было слишком строгих правил в ношении одежды. Иногда в путешествиях приходилось изображать добропорядочную горожанку, чтобы не было проблем.

— Твигги, сказку! Сказку, сказку! — запросили дети.

— Сказку вам? Ну, слушайте. «В Ксанаду Кублай Хан велел возвести дворец…»

Я декламировала строки с того самого кристалла, который обменяла в книжной лавке. Еще во время поездки я переложила стихи на всеобщий, и слова лились легко и ровно.

Возможно, лучше подошла бы страшная сказка про Девочку в Красной Шапке, но я больше любила стихи.

Когда я закончила, в комнате некоторое время стояла тишина.

— Твигги, а что такое Рай? — первой нарушила молчание Мэй.

— Это место, куда попадают безгрешные люди после смерти.

— А как они туда попадают? Они же лежат и не шевелятся. — Более практичный Сори заинтересовался материальной стороной вопроса.

— Но потом они куда-то деваются! — сказала Мэй.

— Глупая, их хоронят! И они лежат в земле. — Сори с чувством морального превосходства посмотрел на Мэй.

— Ты не прав, Сори. В каждом человеке есть Искра Жизни. Вот она и уходит, когда тело умирает, — объяснила я.

Видно было, как дети задумались, переваривая новую для них информацию.

— А еще Искру можно украсть! — сказала я «страшным» голосом. — Бу-у!

Дети начали смеяться. Вот так всегда мы защищаемся от страха.

— Твигги, а что такое без-греш-ные? — спросила Жинет.

— Просто хорошие люди.

Как объяснить концепцию греха политеистам-практикам? Когда в повседневной жизни люди постоянно сталкиваются с доказательством существования и проявлениями высших Сил, они относятся к этому проще и без лишнего пиетета.

— А где этот Рай? В земле? — поинтересовалась робкая Карен, до сих пор сидевшая молча.

Судя по всему, это не праздный интерес. Она осталась сиротой два года назад, и с тех пор ее воспитывают тетя с дядей. Первое время она пыталась сбежать и найти своих родителей.

— Вот уж чего не знаю. Говорят, что на небесах, — погладила я малышку по голове.

Волосы черные и гладкие, как шелк, всегда о таких мечтала…

— Но там только облака и безвоздух над ними, — возмутился Сори.

— Ты прав, только не говори этого миссионерам из Илонии, а то живо надерут тебе уши.

«Или еще что похуже. От этих фанатиков всего можно ожидать», — подумала я про себя.