Целитель и сид

— Там было нечего спасать, да я и не стала бы. Любезный данна, — перехожу к активным действиям. — Не могли бы вы… э… слезть с меня, я еще не совсем оправилась.

Он что-то сообразил и убрался. Было видно, сколько сил это ему стоило. Да он сейчас слабее котенка: полное магическое истощение и последствия ранений.

Не хочу врать, ведь сиды безусловно чувствуют любую ложь, но и правду я говорить не собираюсь.

Вылезаю из арбы и иду умываться к ручью. Хорошее место для стоянки выбрал Тито, руководитель нашей дружной труппы.

Кто-то добрый набрал в бадью воду, которая нагрелась на солнце. Обливаюсь прямо в одежде. Жадно пью. Спустя полцикла мне значительно легче, жизнь снова прекрасна.

Все это время чувствую спиной взгляд сида, который буквально сверлит мне спину. Брр… неприятное ощущение.

Как же так получилось, что я попала в такую передрягу?

Мы уже третью неделю гастролировали по междумирью. Антрепренер выбился из сил, добывая для нас контракты.

Сначала неделя в Эйе, замшелом феодальном мирке (к счастью, без святой инквизиции). Там нас не избалованные зрелищами местные зрители приняли просто с распростертыми объятиями.

Затем неделя в Арионе, на свадьбе наместника.

А теперь мы направлялись в техномагический мир Тета (тот самый, который остался после разрушения демиургами Альфы и Беты). Там весьма любили архаичные развлечения.

Лошадки под иллюзией вообще не замечали, что скачут не по дороге, а по серому туманному ничто поверх каменной кладки.

Дорогу попеременно освещали солнца и луны разных миров. Стоит остановиться, и эта фантасмагория обретет плоть, и ты окажешься в одном из них.

Старая Магда правила повозкой, а я ехала внутри и лениво читала очередной магический труд об Исцелении, изредка посматривая по сторонам.

Тут-то все и случилось!

При очередной смене пейзажа я почувствовала пульсацию Искры. Так бьется жизнь, только находясь на грани перехода в мир иной.

— Стой! Магда, стой! Вот здесь! Надо помочь! — повернулась я к Магде. Наверное, в моем голосе было что-то необычное.

Магда засвистела, привлекая внимание головной повозки Тито. Наша процессия замедлилась и остановилась на обочине дороги, пересекающей Великую степь на границе с Тригоном. Небольшие врата, никому не нужные и неохраняемые, где любой мог пересечь грань.