Целитель и сид

— Наиболее интересные работы будут направлены в столицу, где с ними ознакомится сам Вечный Император, — сказал распорядитель.

Три раза «Ха!» Сомневаюсь, что Император даже увидит эти работы. Зато у канцелярии и у тайной службы, наверное, смех стоит до потолка при чтении наших опусов.

Спустя неделю объявили результаты испытаний. Я прошла и приступила к занятиям. Расписку гномьего банка на оплату обучения я передала в канцелярию академии.

А в первый день осени я получила свою синюю накидку с меткой студента-целителя.

И тут же заказала у портного в торговых рядах еще пару таких же на смену (в том числе и утепленную). Неизвестно, где и как мне придется практиковаться, а ходить грязной не хотелось бы. Ну, вот и первые расходы… сколько их еще будет?

А еще теплая зимняя одежда (я с удовольствием осматривала себя в зеркале примерочной). Дешевая бумага из хлопка и конопли для заметок на уроках, дорогая из Хины — для письменных работ, карандаши и новые кисти. Я так любила все это. Если бы я не была магом Жизни, я бы стала писарем или библиотекарем.

Уроки были довольно интересными. Мне понравилось, что я могла обсудить с учителями все то, что ранее читала в книгах и методом проб и ошибок пыталась применить (иногда — с совершенно неожиданным результатом). Скоро подойдет время практических работ. Я ждала этого с нетерпением, словно ребенок — подарков на Середину Зимы.

А вот с однокурсниками отношения пока не складывались. Я не считала нужным скрывать свои знания, а это не всем нравится. Северянка Ингибьорг вела себя индифферентно, не влезая в общие дрязги.

Мне пока было все равно, так как я не жила в альберге и с другими студентами пересекалась только на занятиях.

Но это была сущая ерунда по сравнению с другим.

Однажды я невольно подслушала разговор ильвов. Высокие и стройные, с правильными чертами лица, длинными волосами и подвижными, как у кошек, ушами, они выглядели улучшенной версией людей. Их пластика завораживала, а Искры мерцали, притягивая взгляд.

Они говорили на своем языке и думали, что их никто не понимает.

Как неблагоразумно с их стороны. Красивые певучие голоса — и столько гнили внутри, словно в яблоке, пролежавшем зиму.

— Ты слышал? Она[животное] убила пограничный терн, — сказал, судя по всему, главный в их компании ильв Блодвин (для людей он взял такое имя).

Да, мы, люди, для ильвов — животные. У них в языке даже есть специальные местоимения для других рас, что не мешает им учиться у людей. А еще ильвы считают деревья священными.