Цена покорности (СИ)

Забегаю в туалет, закрываюсь, и меня прорывает, слезы сами неконтролируемо брызжут из глаз, а из горла вырывается вой. Быстро умываюсь холодной водой, пытаясь остановить истерику. Поднимаю голову и понимаю, что размазала косметику и намочила волосы, теперь я похожа на облезлую кошку. На жалкую, побитую, дворовую кошку! Вновь рыдаю уже над своей невменяемостью. Назад возвращаться нельзя, телефона у меня нет, и я не знаю, что делать. Зачем он меня сюда привел?! И ведь он знал, что здесь будет Глеб со своей… Знал!

— Знал! — кричу своему отражению и злюсь уже на Назара.

За что он так со мной?! Его очередной психологический тест?! Психолог чертов! Бью ладонями по раковине, отбивая ладони. Больно, но становится легче. И я бью ещё и ещё, и опять рыдаю, уже в голос. Когда это уже выйдет из меня? Когда избавлюсь от этой больной зависимости?!

— Сколько можно?! — кричу своему отражению и вновь колочу по раковине.

Дверь дергается, кто-то стучит, и я понимаю, что не могу здесь прятаться.

Хочу на воздух, на улицу. Хватаю бумажное полотенце, быстро вытираю мокрое лицо, открываю замок и натыкаюсь на сильную грудь Назара, запах кофе и специй врывается в легкие, но легче не становится. Он не должен видеть меня в таком состоянии! Пытаюсь его обойти, но Назар хватает меня за плечи, удерживая, всматривается в лицо, видит мое жалкое состояние и хмурится, стискивая челюсть.

— Отпусти! — дергаюсь, пытаясь вырваться. — Отпусти! Пожалуйста! — меня вновь накрывает истерикой.

Не хочу никого видеть. Хочу домой, рыдать где-нибудь в темном углу, жалея себя. — Это все ты! Ты! — кричу во весь голос, забывая, что нахожусь в общественном месте. — Зачем ты привел меня сюда?! Зачем?! — колочу его руками, чувствуя, как меня начинает трясти, и не хватает воздуха. — Ненавижу тебя! — вырывается у меня. — Ненавижу вас всех! — уже сама не понимаю, что несу.

Кажется, я сошла с ума. Щеку обжигает, и я прикладываю к ней руку. В первые секунды даже не понимаю, что Назар дал мне пощечину.

Сильную и отрезвляющую. И я замолкаю, закусывая губы. Он хватает меня за руку и ведёт за собой к черному выходу. И мне уже все равно, куда мы и зачем. Я ничего не вижу и не слышу, ничего не чувствую. Горит только щека от его пощёчины.

Он сажает меня в машину, садится рядом и приказывает водителю трогаться. А мне холодно, трясет как, будто резко наступила зима, и я обнимаю себя руками, растирая плечи, пытаясь согреться.