Цена свободы

– Ты же сам рассказывал о демонстрациях в клубе, сам проводил их и помогал знакомым доминантам. Разве это не то же самое?

В ее словах был смысл, но я все же побаивался рвения Дарины.

– Для меня – да. А для тебя?

– Я хочу узнать это. И точно не хочу ехать в клуб. Пока… А ты… Неужели ты не скучаешь?

Хороший вопрос. Скучал ли я? Пожалуй. Я никогда не любил оргии, не участвовал в них, но демонстрации и вечеринки по теме мне всегда нравились. В игровой с Казаевыми я это вспомнил весьма отчетливо. Тащить Дарину в клуб – это действительно верх идиотизма.

Возможно, она и права. Ай и Артур скоро уедут. У нас опять будем только мы. Я не потеряю ее, не сделаю нашим отношениям хуже. Она была такой открытой и сознательной во время первой сессии. Почему все должно рухнуть при второй попытке?

– Ладно. Скорее всего – да. Дай мне подумать до вечера. У тебя ведь урок.

– Да, я уже опаздываю.

– Тогда беги, учись.

Я поцеловал ее в лоб, отпуская одеваться.

Взять паузу до вечера оказалось хорошей идеей. За это время я успокоился и понял, что психую даже не из-за Дарины, а потому что она упомянула Агеева.

Но отделив его от наших отношений, осознал, что в просьбе Дарины был свой резон.

Я обсудил это с Артуром за обедом. Ай моталась по городу, и мы снова остались вдвоем. Он согласился с моими выводами. Казаев считал, что Айза хорошо влияла на Дарину, делала ее более свободной и смелой. Я не спорил. Еще неделю-две назад я вряд ли мог себе представить Дарину, которая просит меня показать перспективы наших отношений на примере Казаевых.

А сегодня…

Да, пожалуй, это преимущественно заслуга Айзы, хотя и себе я не мог отказать в успешных сессиях и правильно расставленных приоритетах.

Дарина вернулась вечером. Казаевы снова поехали играть, и мы остались наедине. Она обрадовалась, когда я согласился с ее планами, и сразу после ужина направилась в кабинет. Я поплелся следом и некоторое время усиленно симулировал занятость и сосредоточенность на мифических делах.

Дарина валялась на диване, читала книгу.

Она не делала ничего такого, но я так сильно желал ее. Наверно, потому что нельзя. Бросив бороться с желанием, я решил поддаться ему. Сдержанность не была для меня проблемой. А вот оставаться на расстоянии от Дарины, когда она такая теплая и уютная – невыносимо.

Я встал из-за стола, сходил за вином, поставил два бокала на столик и присел на ковер у дивана.

Вот так совсем хорошо.

На следующий день, ближе к вечеру, я сам наряжал Дарину в игровую.