Цена свободы

У меня нет повода искать удовольствий на стороне.

– Что поделать, Вадик, Дарина заперла меня дома и лишь сегодня разрешила выйти погулять. И то ради приема, а так сидеть бы мне привязанным к батарее.

Злой рассмеялся раскатисто и громко, абсолютно неприлично. Несколько человек, что стояли рядом обернулись, одарив его взглядами осуждения.

– Не знаю, поздравлять тебя или сочувствовать. Мы пойдем, пожалуй. Желаю приятного вечера.

– Взаимно, – откликнулся я.

Не успел я и слова сказать Дарине, как объявили начало официальной части.

Это значило, что мне нужно идти на сцену.

Официант указал наш столик, и я вынужден был оставить Дарину. Она заламывала руки и сжимала губы.

– Не переживай, – шепнул я ей на ухо. – Все хорошо. Я быстро. Справишься?

Она покивала, но все еще была бледной и напуганной. Но я был рад, что она старается сдерживать эмоции и не говорит лишнего на людях.

По пути к сцене я попросил охранника обратить внимание на наш стол и позаботиться о спокойствии моей спутницы.

– Без проблем, Кирилл Олегович, – откликнулся шкаф в черном костюме.

Я поспешил исполнить долг. Уже пятый год подряд я произносил речь на предновогоднем благотворительном балу, который устраивал мой фонд. Мог бы говорить каждый раз одно и то же, но я предпочитал импровизировать. Это был своеобразный экзамен по риторике и ораторскому искусству, тест на обаяние. Каждый раз сдавал успешно.

Зрители смеялись, когда я шутил, проникновенно кивали в трогательных моментах и неизменно рукоплескали, когда я заканчивал словами:

– Наш фонд спешит помочь всем, кто нуждается в поддержке.

Но не забывайте, что добрые дела начинаются не с денежного перевода на счет детского дома. Просто идите домой и любите свою семью. Это лучший вклад, что вы можете сделать для этого мира. Правда, сегодня попрошу вас не сдерживать себя. Начнем аукцион!

Я сошел со сцены, раздавая по пути к своему столу рукопожатия, отвечая улыбками на похлопывания по плечу.

К Дарине никто не подходил. Она сидела за столом, прямая как стрела, но все же чуть румяная и более живая, чем несколько минут назад. Я захватил два бокала шампанского по дороге. Ей нужно расслабиться.

Но, похоже, лучше алкоголя подействовало мое выступление. Едва присел за стол, Дарина проговорила мне на ухо:

– Это было невероятно.

Мои губы скривились в самодовольной ухмылке.