Цена свободы

Да, ты имеешь склонности к покорности и, похоже, мой опыт нашел хороший отклик в твоем теле и душе. Но ты ведь вряд ли хотела чего-то такого, когда думала о бойфренде, отношениях, любви. Скажи мне. Только правду.

– Конечно, я не мечтала, чтобы меня связывали и лупили по заднице.

– Я так и думал, – усмехнулся Салманов.

– Но я хотела… – Пришлось прочистить горло, которое сдавило в самый ответственный момент. Я сглотнула и договорила. – Я работаю с шестнадцати лет, Кирилл.

– Дай мне сказать, пожалуйста.

Он поднял руки, без слов обещая не перебивать.

– Да, я несколько лет уже работаю практически без выходных. Мне пришлось решать совсем не детские проблемы, принимать решения, брать на себя ответственность. Я почти привыкла к этому, если честно, даже думать о бойфренде, отношениях и любви у меня не было времени. Но я часто ловила себя на мысли, что устала. Безумно хотелось иметь кого-то рядом, кто решал бы все за меня. Ну, или не все, но хоть что-то. Я устала решать Кирилл. Я хочу платье и на ручки.

Я не хочу думать, когда должна кончить или чем позавтракать. И я точно хочу, чтобы мой мужчина был сильным. Хочу подчиняться, да. И причина этому – одна. Я девчонка. Слабая, глупая, наверно. Я хочу защиты, заботы и тепла. Ты даешь мне это.

Пока я все это говорила, Кирилл смотрел на меня серьезно и пристально, но последние слова заставили его улыбнуться.

– Я рад этому, маленькая. Мы действительно совпадаем во многом. Я также рад, что тебе нравится не только наша ментальная совместимость, но и мои сексуальные предпочтения извращенца.

Я не сдержала усмешки.

– Но в любом случае я хочу, чтобы последствия были обратимы для тебя. Поэтому, в первую очередь, мы введем стоп-слова.

– О, – Я читала об этом, но не думала, что в нашем взаимодействии это уместно.– Зачем они?

– Чтобы я понимал тебя, чтобы ты могла просигналить о своем дискомфорте.

– Кирилл, ты купил меня. Разве я не должна быть прежде всего для твоего удовольствия?

– Аргх, – рыкнул Салманов раздраженно.

– Дарина, ты меня слушаешь вообще?

– Но, видимо, не улавливаешь главного. Ты для меня не игрушка для утех. Да, я воспринимал тебя так вначале, но многое поменялось.

– Что же? Я все еще твоя игрушка. Ты сам говоришь, что у нас есть год.

– Детка, ты здесь уже два месяца. Даже больше. Я ведь говорил, что женщины в моем доме задерживались на два, три часа максимум. Мне с тобой, как ни странно, нравится жить. В противном случае, тебя бы уже здесь не было.