Цепи его души

Интересно, Камилла тоже любит такое вино и клубнику? То есть мужчины, насколько я знаю, предпочитают более крепкие напитки, но Орман выбрал именно этот. Почему?

Пробегающий мимо официант тут же заменил бокал. Мне и Орману, но я на него не смотрела, полностью увлеченная клубниллой. То есть камикой. То есть клубникой. И еще немного вином, которое пошло очень хорошо, вслед за первым бокалом. Или уже за вторым?

— Как ты познакомилась с де Мортенами, Шарлотта?

Это прозвучало холодно. Очень холодно.

— Это имеет значение?

— Имеет.

И очень серьезное.

— С ее светлостью я познакомилась на выставке, — заметила я. — А после обратилась к ней за помощью. Именно она помогла мне найти место помощницы художника-декоратора.

Взгляд его снова сверкнул золотом.

— Именно так, месье Орман. Вы что-то имеете против?

— Вот и чудесно, — ответила я. — А вы? Мне кажется, или его светлость был не очень рад встрече?

Пузырьков во мне становилось все больше и больше, они поднимались наверх и грозили унести меня вместе с собой.

Прямо к потолку, где я зависну как воздушный шарик и буду светить нижними юбками.

— Не кажется, — ответил Орман, внимательно глядя на меня. — Но это долгая история.

— А вы говорите, говорите, — я указала на него клубникой. — Потому что мы совершенно никуда не торопимся.

Как раз в эту минуту над театром прокатился звонок, поднимая волну скрежета отодвигаемых стульев, шагов и шелеста платьев.

Орман едва успел отодвинуть стул для меня, потому что я быстренько поднялась (на пузырьках, видимо).

Пузырьков действительно стало больше, голова кружилась, но как-то приятно. Неловкая встреча с ее светлостью и слова Ирвина отодвинулись на второй план, на первый выступило лицо Ормана. Так близко… я даже почти коснулась его кончиками пальцев, но вовремя вспомнила, что мы в театре. Поэтому просто положила руку на сгиб его локтя. Точнее, сначала ткнулась ему в запястье, но он вовремя перехватил мою ладонь и устроил ее поверх своей руки.

— Ты никогда не пробовала игристое вино? — негромко спросил Эрик, когда мы вышли из буфета.

— Нет, — покачала головой. — По правде говоря, я никакое вино не пробовала. А вы, месье Орман, этим воспользовались!

— Как я мог воспользоваться, если я об этом не знал?

Ну… наверное, логика в этом есть.

— Все вы знали, — сказала я и вздохнула. — Я так и не попробовала тарталетки.

— Надо было налегать на них, а не на вино.

— Я просто прямолинеен. — Он внимательно заглянул мне в глаза. — Пожалуй, лучше отвезу тебя домой.