Цифровой шквал

Тебя обманывают, а ты веришь. И весь мир так устроен. Вся наука – это только зыбкое предположение о том, чего мы не знаем... Наш мир – это отражение какого-то другого мира. Причем отражение искаженное.

– Скажи это ученым. Пусть они тебе поверят. А потом уж и я...

– А что им говорить? Кто я такой? Да им уже и сказали, что все они дураки и не в состоянии ничего доказать. В собственном кругу доходчиво объяснили.

– Кто сказал? Что объяснил?

– Их же собрат, ученый. Был такой, еще в тридцатые годы прошлого века.

.. Некто Курт Гедель, немецкий математик. Ты, конечно, не слышал, но, поверь уж, есть такая «Вторая теорема Геделя о неполноте формальных систем», которая доказывает, что ни одна система не в состоянии доказать свою полноту и правильность, пользуясь собственными внутренними величинами, то есть собственными знаниями, и обязана для разрешения вопроса привлекать знания более высокие. А высокие знания, в свою очередь, проистекают как логическое завершение из более ранних, как Гедель сказал, недоказанных. Это касалось математики, но имеет отношение ко всему миру, поскольку мир наш – только воображаемый, придуманный каким-то гигантским компьютером.

– Заморочил ты мне голову... Но я даже готов согласиться с тем, что живу в воображаемом мире и совершаю воображаемые поступки. Просто так согласиться, не понимая, о чем ты говоришь. Мне просто лень в этом разбираться.

Однако...

– Однако к своему компьютеру я тебя не подпущу.

Капитан Уэйн, чувствуя бессилие, только руками развел. Хакер был человек не военный и субординации не признавал. И вообще обращаться с ним было сложно, о чем капитана предупреждали заранее. Однако с гениями общение вообще не бывает простым; приходится подстраиваться и многое им прощать.

Гарси вообще, как только сел за этот выделенный ему компьютер, сразу поставил пароль на вход, и теперь следовало принять в штат второго хакера, чтобы войти в систему компьютера хакера первого.

И Уэйну пришлось все же писать от руки задания для Клода. В первую очередь они сводились к контролю над реакцией российских военнослужащих на действия аппаратуры лаборатории профессора Сибелиуса. Без этого выяснить, насколько удачными будут испытания, возможности не было, и именно потому так ценна была роль хакера.