Цифровой шквал

Пачория выглядел сумрачным и смотрел хмуро, хотя за ужином капитан Уэйн не запрещал грузинам вино пить. И часто смотрел по сторонам. Больше в сторону осетинской границы, но иногда и себе за спину, словно какой-то неприятности оттуда ждал. И это было заметно, похоже, не только руководителю испытаний. Сержант Соммерсет кивком показал капитану Моррису на Звиада, и оба американца усмехнулись, не стараясь даже скрыть этой усмешки.

– Что ходишь, как ночь без луны? – раздраженно спросил Уэйн. – Не нравится близость к границе?

– Если бы человек умел выбирать из того, что приходит в голову, нужное, он жил бы вечно.

– Что тебе в голову приходит?

– Что здесь очень опасно.

– Везде опасно. А у нас служба такая, что к опасности нужно привыкать. Не переживай. Твои осетины границу не перейдут. В крайнем случае, нас есть кому прикрыть. Твои коммандос выглядят парнями надежными, как здешние скалы.

– У меня всегда интуиция была сильная. Я на осетинскую сторону раз тридцать ходил, и все спокойно. А сейчас чувствую опасность.

– Или перепил, или недопил, – сделал вывод сержант Соммерсет.

– Лучше проверь, как трансформатор подключается...

– Я в этом ничего не понимаю. Капитан Моррис специалист. Он посматривает.

– Да и работают там ваши специалисты. Они из Америки сюда не просто так приехали, не на прогулку. Свое дело знают лучше меня.

Уэйн пожал плечами и пошел к другой машине. В кузове тентированного грузовика располагался пульт управления спаренными генераторами, излучающими бинауральные волны.

– Не спите, полковник?

– Не сплю, капитан, – ответил голос с сильным грузинским акцентом.

– Мы готовы, запускайте! Как и договаривались, три звена с небольшим интервалом. Не больше пяти минут. Можно меньше...

– Машины готовы. Полетные маршруты экипажам выданы. Парни ждут только команду.

– Порядок. Даю команду, – сказал полковник грузинских ВВС.

– Когда будут над границей?

– В пределах десяти-пятнадцати минут.

– Три пролета вдоль границы.

– Как договаривались.

– Не за хрен... – сказал полковник, как показалось Уэйну, по-русски, но капитан слишком плохо знал русский язык, чтобы понять значение.

Теперь осталось дождаться момента, когда самолеты сделают первый пролет вдоль границы. Тогда РЛС заработает в полном режиме.