Цинковые мальчики

Пять лет прошло. А что мне снится? Длинное минное поле... Составил формуляр: количество мин, количество рядов и ориентиры, по которым можно их найти... И этот формуляр у меня потерялся... А у нас они часто терялись. Или берешь формуляр, там ориентир - дерево, а оно сгорело... Или груда камней, а они взорвались... Никто не ходил, не проверял... Боялись... Сами подрывались на своих минах... Я вижу во сне, что возле моего минного поля бегают дети... Никто не знает, что там мины... Мне надо крикнуть: "Там мины! Не ходите!.

." Мне надо опередить детей... Я бегу... У меня опять обе ноги... И я вижу, мои глаза снова видят... Но это только ночью, только во сне. Просыпаюсь..."

Старший лейтенант, сапер.

"Это, может быть, нелепо. В этом случае. С этой войной. Но я человек романтический, не люблю жизнь из мелочей, из вещей. В первый же день, как я туда прибыла, меня вызвал начальник госпиталя: "Что вас заставило сюда приехать?" Я должна была рассказать ему всю свою жизнь. Чужому, незнакомому мужчине... Военному.

.. Как на площади... Вот этом самое мучительное, самое унизительное для меня там. Ничего тайного, интимного, все вытягивается наружу. Вы смотрел фильм "Запредел"? О жизни зэков в колонии. Мы жили по тем же законам... Та же колючая проволока, от же пятачок земли...

Мое окружение - девочки-официантки, повара. Разговоры: о рублях, о чеках, мясе с костями и без костей, о сырокопченой колбасе, болгарском печенье. В моем же представлении это было самопожертвование, женский долг защищать наших мальчиков, спасать! Я возвышенно все представляла.

Люди истекают кровью, а даю свою кровь. Уже на пересылке в Ташкенте поняла: еду не туда. Сажусь в самолет - плачу, не могу остановиться. Там то же, что и здесь, от чего убегала, от его хотела отвернуться. На пересылке водка лилась рекой. "И снится нам трава у космодрома... Зеленая-зеленая трава...! Как в космос улетала... Тут, в Союзе, у каждого свой дом, своя крепость... А там... Нас в комнате четыре человека. Та девочка, что поваром работала, приносила из столовой мясо и заталкивала его под кровать. ..

- Помой пол, - за меня.

- Я вчера мыла, сегодня твоя очередь.

- Помой, дам сто рублей...

Молчу. Она берет ведро воды и выливает на мою кровать.

- Ха-ха-ха-ха... - Все смеются.

Другая девочка. Официантка. Пугалась матом и любила Цветаеву. После смены садится и раскладывает пасьянс:

- Будет - не будет... Будет - не будет...

- Что будет - не будет?

Свадьбы там были. Настоящие. И любовь. Но редко.