Туфельки для мамы чемпиона (СИ)

 — Когда начинать? — Завтра вечером уже теория. Через неделю начнутся практические.

Беата решила, что если уж справилась с кухней в доме Роберта, то уж этот "самолёт" она освоит. Невыполнимого тут ничего нет. Вон, Ирма гоняет на своей маленькой Шкоде. И Алёна Кирсанова свою жизнь без машины уже не представляет.

Занятия в автошколе Беате понравились. Правила она, как выяснилось, знала почти все. Когда долго ездишь в качестве пассажира, поневоле усваиваешь какие-то очевидные вещи вроде "Проезд запрещён" и "Уступите дорогу".

Сложно давались вопросы приоритета. И они с Робертом однажды крупно поспорили, когда он вёз её в университет. — Но он же был должен тебя пропустить! — возмущалась Беата. — Жабка, я даже в небе придерживаюсь правила "трех Д": дай дорогу дураку. Если вижу, что мне проще пропустить, чем потом доказывать свою правоту при аварии, я пропущу. Иногда лучше быть целым, чем правым.

У Беаты должны были начаться практические уроки вождения. Роберт подъехал к полигон сразу из аэропорта. Взял кофе в автомате.

Пригляделся к ползающим по площадке машинам с буквой L* на синем фоне. В одной из них увидел светлую голову Беаты. Пошёл ближе к зданию администрации.

Дойти до крыльца он не успел. Шкода Фабиа резко дёрнулась и замерла. Из машины бегом выскочила Беата, понеслась в здание. Роберт замешкался всего на пару секунд, выбросил стаканчик с кофе. Подскочил к машине. Инструктор, видимо, приложился носом об панель. Утирал кровь. — Что случилось? — Эта баба сумасшедшая! Всё они одинаковые! Подумаешь, за коленку её взял! Стерва! Может, я мимо рычага промахнулся…

Договорить мужик не успел.

Тухольский одним движением вытянул его зашиворот из машины и уложил лицом на пыльный капот, вывернув назад руку. — Я тебе сломаю руку так, что ты даже штаны сам расстегнуть не сможешь.

Со второго этажа администрации было слышно, Беата кричит на директора автошколы. Роберт дёрнул инструктора, поволок его по лестнице наверх.

Последний раз ему хотелось убивать, когда они с Алексом отбили Мицковского у местной шпаны, желавшей "проучить жида".

И вот сейчас руки чесались оторвать голову этому недоноску, протянувшему лапу к его женщине.

Увидев в дверях сначала нагнутую в букву зю фигуру инстуктора, а потом грозное лицо Тухольского, директор тихо сполз в кресло. Беата замолчала.

Она сама себя не узнавала. Потому что повышала голос крайне редко. И последний раз так орала очень давно. Но эта ситуация и правда её выбесила. Сейчас она стояла растрепанная и запыхавшаяся.