Туфельки для мамы чемпиона (СИ)

Не несут энергии чувства и мысли. Слушаешь их, а отклика нет. Просто звук.

То, что сейчас говорил ей Роберт, было как цунами. Столько эмоций и чувств было вложено.

Беата улыбнулась. Так спокойно и светло было сейчас на душе. — Спасибо, любимый.

Страха больше не было. Беату привёз на кладбище Роберт. Сел на скамейку неподалёку. Она пошла к своим.

— Сыночек, я права получила, представляешь? С первого раза всё сдала. Ксения учится. Будет психологом. Но это ты и без меня, наверное, знаешь. Юленька так выросла. Смешная.

Подарки я отправляю. Збыш, меня в университете утвердили на методиста подготовительного факультета. Это интересно очень, — делилась она с родными.

Никогда, сколько бы времени ни пришло и что бы не случилось, она не перестанет быть мамой своему чудесному мальчику. И даже через грань миров Збигнев останется её мужчиной. Другом, наставником, ангелом-хранителем.

Да, перед поездкой сюда Роберт заставил её выпить успокоительное. И с обеспокоенным видом поднялся ей навстречу со скамейки. Но ей больше не было страшно.

Сорокалетие Роберта они отмечали вдвоём. Вином с сыром, орехами и мёдом. Сидя на мягком ковре перед камином.

Дожди в этом году зарядили сразу очень холодные. Ледяные потоки вот уже несколько дней держали взаперти людей. В аэропорту был дурдом. Рейсы переносились и откладывались. Экипажи почти все переместились в гостиницу аэропорта. И только Тухольский, живший в пятнадцати минутах езды от работы, мог себе позволить ждать вызова на рейс дома. Никогда он не думал, что ледяной дождь, барабанящий сейчас по крыше и окнам, будет ему так нравиться.

Через сутки шторм стал утихать. Сначала выпустили европейские рейсы. А потом уже и трансконтинентальные. Роберт улетел в Мюнхен. О личных целях своих визитов туда он пока никому не рассказывал.

На Рождество Роберт, Ирма и Марк получили неожиданный подарок. Выходные с двадцать пятого по двадцать седьмое декабря. Вот уж редкая возможность отпраздновать.

Роберт прилетел из Лондона в Сочельник. Не переодеваясь, потащил Беату на рождественскую службу.

В костеле пахло хвоей. Хор пел так пронзительно. Свечи горели. Они сидели рядом. Роберт держал её руку в своей. Молча. Когда вышли на тихую улицу, в небе закружились редкие крохотные снежинки. Почти чудо для Варшавы.

Приехали домой заполночь. Роберт сварил глинтвейн. Подал Беате высокий стакан с толстыми стенками. Принёс блюдо с фруктами и шоколадом.

— Откуда у тебя столько сил? Я сегодня весь день дома, а ты в рейсе был.