– Не могу сказать, что я вообще одобряю то, что ты сделала, но не могу не сказать спасибо за то, что ты в последний момент поменяла мишень.
Ирина потерла лоб рукой. Она не очень понимала, что именно произошло. Получается, что Татьяна выстрелила вовсе не в нее, а в убегавшего бандита?
Она встала на ноги, неловко отряхивая джинсы, которые успели намокнуть на попе и теперь были холодные и немного липкие, как лягушка. Из палатки, в которой они ночевали, выглянула Надежда Александровна, словно чтобы убедиться, что все закончилось.
Одним взглядом оценила обстановку, вышла наружу, подошла к Ирине.
– Мальчонка не проснулся, – сказала она, – так что не напугался от пальбы и шума. Хорошо в детстве спать, сладко. Пойдем, я тебе свои штаны дам, переоденешься, а то так и простудиться недолго.
– Успокоилась? Больше дурить не будешь? – это Веретьев спросил Татьяну, которая по-прежнему рыдала, сидя на земле.
Ирина не к месту подумала о том, что ее штаны тоже наверняка промокли на попе.
– Да.
– Ну, и хорошо.
Рану ему обработай. Еще на хватало, чтобы он тут у нас кровью истек. Игнат, звони полицейским.
Бойцы отряда подвели второго преступника поближе к его раненному компаньону. Расстелили на земле кусок брезента, переложили на него стонущего беглеца, усадили рядом напарника, встали вокруг полукругом. Всхлипывающая Татьяна сходила в медицинскую палатку, принесла необходимое, наклонилась над пациентом. Тот в ужасе отпрянул, хрипя проклятия.
– Не бойся, добивать не буду, – буднично сказала Татьяна, споро разрезала штанину, обнажая бледную волосатую голень.
– Сука…
– Какая есть.
Ирина смотрела во все глаза. Ей казалось, что все происходит не с ней. Как будто она случайно оказалась внутри боевика, как в компьютерной игре-симуляторе, и теперь движется вместе с героями, вот только правил этой игры не знает.
– Испугалась? – К ней подошел Веретьев, нежно погладил по щеке.
Ирина немного отпрянула, покосилась на возящуюся с пациентом Таню. Та, занятая своими делами, похоже, сейчас за ними не следила.
– Если честно, то нет. Мне вдруг показалось, что сейчас все плохое, с чем мне довелось встретиться, исчезнет само собой, и от этого наступило такое облегчение, что сейчас мне даже немного жалко, что ничего не закончилось, и мой бой с жизнью продолжается, и снова надо волноваться, что он неравный.
– «Ему говорят, что окончен бой. И пора вести учет несбывшимся снам. Ему говорят, что пора домой. Дома, по слухам, уже весна», – процитировал Александр.
