Твое имя

Любава уже знала, что умолять бесполезно, только вновь закусила изгрызенные до крови губы, уверенная, что сейчас все повторится сначала, но Лер, подумав, что она, вероятно, лишь бредила, оставил ее в покое, продолжая прерванный разговор с рекрутами.

— Значит, так и сделаем: Берт останется караулить плаксу — он нас только задерживать будет. Остальные идут рыть могилу. Не хватало еще, чтобы сюда дознавателя с некромантом из города прислали да разговорили наших свинок. Похороним, и делу конец, — деловито, будто говорил не о свершившемся преступлении, а о чем-то обыденном и простом, подытожил Лейрас.

«Я еще жива, — билась в голове Любавы мысль. — Я ведь жива…»

Конечно, Лейрас это знал. Потому что дальше принялись обсуждать, каким образом избавиться от девчонки, оказавшейся на удивление очень живучей.

— Я думал, когда Лейрас и ты, Глузд, на пару ее, ну… того… Так у нее и дух вон, — смеясь, напомнил кто-то, словно рассказывал о чем-то забавном.

Любава содрогнулась и прижала к животу обвязанные тряпками руки.

— А если отроются и пойдут шататься? — обеспокоенно уточнил кто-то. — Надо камнями сверху завалить.

— Я слышал, если живьем хоронить, то человек земли наглотается и уж не встанет, — добавил другой. — Можно еще и камнями сверху.

Идея понравилась. Никого, похоже, не смущало, что живьем собираются похоронить ни в чем не повинную девушку, не желая убить ее хотя бы из милосердия.

Любава застонала от ужаса, на крик просто не хватило сил.

— Берт, следи, чтобы не уползла, — бросил Лейрас.

Ушел было, но потом вернулся, присел на корточки рядом с Любавой.

— Я бы тебя еще разок, пожалуй, поимел на прощанье, но ты теперь грязная вонючка. Утром была такая высокомерная, нос задирала. Хотя сладкая, заразочка, этого не отнять. А теперь посмотри, что с тобой стало — валяешься в грязи, где тебе самое место.

Он вновь накрутил на палец ее локон, а потом вдруг отхватил кинжалом у основания, так близко к коже, что выступила кровь. Любава не видела, но знала, что он снова его нюхает. От этой мысли затошнило.

— На память оставлю, — усмехнулся тот, кого неопытная и наивная девушка приняла за прекрасного принца и кто на деле оказался страшнее любой нечисти."

"Рекруты во главе с Лейрасом ушли рыть могилу для нее и дедули, Берт остался караулить.