Твое имя

— Да я напутешествовалась как-то, — хихикнула Мара.

И все же надежда на то, что они с Бьярном будут жить вдвоем несколько лет вне стен замка, наслаждаясь друг другом, придала ей сил. Неужели она действительно сможет поступить в Академию? Исполнить свою мечту? От одной мысли кружилась голова! И предстоящая встреча с родителями больше не пугала.

— Готова? — спросил Бьярн, предлагая локоть своей юной спутнице.

И она, раскрасневшаяся, тоненькая, бесконечно очаровательная, хоть и не догадывалась об этом, решительно наклонила хорошенькую головку.

— Да!

ГЛАВА 58

К центральному входу Академии медицины, у которого начиналась Аллея Памяти, подъехала карета. Герб на карете притягивал заинтересованные взгляды — кого из благородных принесло в Академию в столь ранний час? Но любопытные почти сразу разочарованно морщили носы. На гербе не было изображения медведя, орла или барса, трех главных аристократических ветвей Симарии. Любой более или менее известный род правдами и неправдами добивался того, чтобы на гербе изображена была хотя бы когтистая лапа или, на худой конец, клюв или клык.

Увидев изображение медведя, вставшего на дыбы, — символ правящей династии, — зеваки попадали бы на колени. А сейчас они только переглянулись, ухмыляясь. Ну что за герб такой — обхохочешься: заяц на синем поле. Видать, побочная ветвь, ведущая начало от бастарда.

Правда, когда они увидели выходящего из кареты молодого мужчину, желание ухмыляться резко пропало: такой разок даст промеж глаз — и дух вон.

Даром что благородный. А тот огляделся по сторонам и протянул руку, помогая выбраться из кареты девушке. Она была столь мила в своем дорожном платье, что зеваки мгновенно сменили гнев на милость, залюбовавшись молоденькой аристократочкой.

Правда, у бедняжки подол платья оказался испачкан и разорван, точно ей пришлось брести по грязи. Видно, дорога выдалась тяжелая. Может, карета застряла где-то в дороге, так что ей, нежному созданию, пришлось какое-то время идти своими ногами.

Зеваки сочувственно покачали головами.

Вот только кучер, сидящий на козлах, взирал на девушку отнюдь не с сочувствием, а с некоторым ужасом.

— Я вас здесь по-подожду? — спросил он, немного заикаясь.

— Да, Тим, — ответил мужчина и с особым намеком кивнул: — Только держи язык за зубами.

Поплотнее запахнулся в плащ и повел за собой спутницу.