Твое сердце будет разбито. Книга 1 (СИ)

Кажется, подруга за что-то обиделась на него, поэтому скрестила руки на груди, шла позади парня и сверлила глазами его спину.

Леха и Барс ударились кулаками вместо приветствия, а Дилара обняла меня и звонко чмокнула в щеку. Она была очень тактильной, и если раньше я мало обнималась с подругами, то теперь делала это постоянно.

К парням подошел Вал, и они живо обсуждать очередную игрушку на «плойке». К ним присоединились еще двое парней из параллельного класса. Ребята столпились вокруг нашей парты, а Барс, будто невзначай, он положил руку мне на колено, будто показывая этим небрежным жестом, что я — его.

Могла ли я проверять дурацкие примеры дальше, чувствуя его тепло его руки сквозь ткань юбки? Мне нестерпимо захотелось поцеловать его, но не делать же этого при всех?

В кабинет стремительным шагом вошла Ольга Владимировна, и тут же раздался звонок на урок. Мы встали со своих мест, приветствуя классную руководительницу, а она махнула рукой, прося опуститься всех обратно. Быстро отметив отсутствующих, в числе которых до сих пор был и Власов, Ольга Владимировна начала урок.

Первым к доске вышел Дима — своей обычной расслабленной уверенной походкой. Не знаю, что это было за волшебство, но ему попалось уравнение, которое я не так давно объясняла ему. Он решил уравнение довольно быстро и, хотя оно было не особо тяжелым, Ольга Владимировна явно впечатлилась.

— Барсов, а у тебя явные успехи, — довольным голосом сказала она, когда Дима сел на свое место.

— Стараюсь, — как обычно, развязно ответил он.

— Стал заниматься с репетитором?

— Типа того, — ухмыльнулся Барс и под партой коснулся моего колена. Я прикусила губу и шлепнула его по руке.

— Что ж, хорошо, — улыбнулась Ольга Владимировна и почему-то посмотрела на меня. Будто бы все понимала. — Будешь хорошо себя вести, Дмитрий, разрешу пересесть на твою любимую галерку.

— Мне и тут хорошо, — ответил он. — К вам поближе, все такое.

И подмигнул классной.

Я оторопела. Думала, сейчас она накричит на него или выставит за дверь, но Ольга Владимировна лишь головой покачала. Она была одной из немногих, кто хорошо относился к Барсу. И я точно знала, что он ценил это, но свою дурацкую натуру преодолеть не мог. Дима не знал, как проявлять свои чувства и делал это, как умел.

Последней к доске вызвали Дилару. И она, в отличие от Димы, ничего решить не смогла. Это очень ее расстроило.