Твои

Не факту наличия отца инвалида, а прозвучавшей волшебной фразе: «нам надо съехаться». Потому что это и оказалось ответом, который я никак не могла найти.

На лице Роберта появляется выражение удивления, которое сменяется облегчением.

— Верно, — с запинкой подтверждает он, кивнув. — Дистанционно вести дела очень сложно. Про важность денег тебе, думаю, объяснять не нужно.

Мне даже хочется заулыбаться той серьезности, с которой он подошел к этому разговору. Рассчитывал, что я непременно начну с ним спорить? Да с чего бы это?

— Просто однажды у нас была беседа о переезде, если ты помнишь… — осторожно напоминает он, указывая глазами на Полю, которая, притихнув, слушает наш разговор.

Ах, вот о чем речь. Ну то было другое. Тогда Роберт ничего не предлагал, кроме сомнительной перспективы жить по соседству с ним и Аней, мечтавшей выцарапать мне глаза. Просыпаться с ним в одной постели и растить вместе дочь — куда более заманчивое предложение. Оно пахнет счастьем. Работа… Она меня не держит.

Я ее люблю, но не настолько, чтобы отказаться от всего, что сулит мне будущее. Родители… Я буду их навещать и каждый день звонить. Пробки и душный московский воздух — ерунда. Я привыкла к ним на третий день.

— Мне нужно это обдумать, — сдержанно говорю я, не желая озвучивать свое моментальное согласие. Я же женщина в конце концов. Мне нужно поломаться.

— Я буду на тебя давить, — усмехается Роберт. — Чтобы быстрее решалась. А то стоило только уехать, какой-то модник на тебя глаз положил.

У меня розовеют щеки. Это он про Алана? Ревнует? А я подумала, что он не обратил на него особого внимания.

— Никто на меня глаз не положил… — бормочу.

— А для чего улыбался так многозначительно?

— Я тоже это заметила, — встревает Полина. — Улыбался во весь рот."

"— Ничего вы не понимаете, — отмахиваюсь я, отчего-то испытывая необъяснимую радость. Сердце колотится и хочется улыбаться. Неужели и правда ревнует? — У Алана вообще история интересная.

Знаете почему он в Иркутск приехал? Из-за девушки из снов.

— Ну давай, послушаем, что ли, что он наплел маме? — ухмыляется Роберт, приобняв Полинку.

— Ладно уж, давай послушаем, — подыгрывает она, разваливаясь в кресле в точности как он.

— Ой, такие вы противные! — фыркаю я, от волнения и избытка чувств сгребая с тарелки кусок дурацкой пиццы с малиной. — У парня история как из кино, а вы издеваетесь.

Говорят, что счастье — это коллекция моментов.