Твои

— Она обычно жуткая непоседа: за ночь может раз по тридцать перевернуться. И ноги обожает на меня закидывать.

— Есть в кого.

Я с подозрением приподнимаю брови. И в кого же?

— В единственный раз когда мы с тобой вместе ночевали, я проснулся утром с твоими пятками на животе, — поясняет Роберт с нескрываемым удовольствием.

— Серьезно? — выкашливаю я с неловким смешком. — Я такого не помню.

И тем более удивительно, что это помнит он. Целых шесть лет прошло. Хотя если мои ноги оставили после себя шрамы — это все объясняет.

"Какое-то время, совсем недолго, мы идем в тишине. Я позволяю ветру трепать волосы, приклеивая их к губам, и с наслаждением вдыхаю солоноватый воздух. Роберт вышагивает рядом, делая это очень медленно. Кажется, мы оба не хотим торопиться.

— Отсюда море видно, — я указываю на проплешину посреди растущих вдоль дороги деревьев. — Давай остановимся ненадолго. Хочу фотографию сделать. Луна так красиво в воде отражается.

— Вспышку выключи, — подсказывает Роберт, когда я направляю телефон в темноту.

Незаметно пошевелив ртом, чтобы его передразнить, я регулирую настройки камеры и жму «сфотографировать». Результат приводит меня в восторг: ну наконец-то! Не снимок, а настоящее произведение искусства: взлохмаченные тени деревьев, расступившись, открывают темную гладь воды, а на ней стелится длинная серебряная дорожка.

— Смотри, — я оттягиваю экран подальше, чтобы похвастаться удачной фотографией.

— Красота неописуемая, — звучит прямо за моей шеей.

Я затаиваю дыхание. Сердце в груди бултыхается, словно шарик на веревочке, и бешено тарахтит. Роберт совсем близко стоит.

— Надо еще фильтрами поиграть, — мне едва удается разлеплять онемевшие губы. — Интересно может получиться.

Рот распахивается в беззвучном выдохе. Роберт прижимается ко мне сзади и опускает руки на талию.

— Не против? — его голос, глухой, немного щекочущий, касается моей ушной раковины.

Кивнув, я как полная идиотка продолжаю удерживать телефон в вытянутой руке. Кровь циркулирует по телу со сверхзвуковой скоростью, вернуть размеренное дыхание тоже не получается. Просто он горячий такой и пахнет завораживающе. Аж голова идет кругом.

О таком развитии событий я себе думать запрещала, но сейчас стою и понимаю, что отшутиться как обычно или сыграть в недотрогу не смогу. Слишком сильно искушение.