Твой шёпот в тумане

Развернув холщовый мешочек, я вынула его содержимое: целую головку сыра, хлеб кусками и перевязанные плетёной верёвкой полоски копчёного мяса.

– Хорошая добыча, – хмыкнул Эгор.

– Это нас тот воин, что Томму привёз, угостил, – похвасталась Эмбер, и тут же зашлась кашлем.

Бросив и сыр, и мясо, я подошла к сестре и, обняв за плечи, отвела к постели.

– Хватит хозяйничать, садись и отдыхай, – строго приказала я.

Вернувшись, решительно разделила снедь на две равные половины. Одну часть сложила обратно в мешок – это для Талии и детей.

Протянув ей еду, натолкнулась на благодарный взгляд.

– Не жалко? – шепнула женщина.

Мне стало даже смешно слышать её вопрос.

– Ты сюда пришла, чтобы оставить детей и идти искать меня. Ночью, рискуя собой. Не пожалев младших своих. Так что, нет, не жалко нисколечко. А завтра я накину иллюзию и пойду с Эгором на работу к ним.

Парень задумчиво глянул на сыр и хлеб. В нашей деревне это была роскошь: муки тут уже пару месяцев никто не видал. Я знала, что он пойдёт со мной.

Эгор даже в столь юном возрасте был хитрым и смышлёным малым. А ему всего-то пятнадцать годков.

Из него вырастет достойный мужчина, жаль, что моей Эмбер он не подходит. Не видела я в глазах парня интереса к ней. Да и она на него, как на брата меньшого, смотрела.

Я перевела взгляд на двойняшек, что жались к Талии, и голодными глазами поглядывали на холщовую сумку в маминых руках. Бедные дети не знали ни что такое сладость, ни как леденец на палочке выглядит. Война забрала у них всё: детство, радость, отца.

Порою я задумывалась, зачем вообще рожать дитё, если не можешь даже накормить его досыта. Потому и не понимала я Лестру и её жгучее желание выскочить замуж. А для чего? Чтобы смотрели голодными глазами? Чтобы сын вместо того, чтобы с девчонками на лавочке дружить, в туман уходил за куском мяса? А потом ждать его у калитки и молиться всем известным богам, чтобы живого вернули?

Нет, не хотела я ни мужа, ни детей.

Я не желаю дочерям и сыновьям своей судьбы.

Талия, погладив девочек по голове, глянула на сына.

– Пойдёшь? – негромко спросила она.

– А чего бы не пойти, – отозвался он. – Даже если не заплатят, так хоть ноги унесу. Всё безопаснее. А с тебя иллюзия не спадёт?

Я криво улыбнулась. Глупый вопрос.

– Ну, мало ли что, – парень улыбнулся в ответ, – а то поползут потом россказни, как мужик бабой обратился. Пса дворового в твоём исполнении до сих пор помнят. Целая деревенская легенда получилась.

Ну да. Я стыдливо отвела глаза.