Твой шёпот в Тумане

Я никогда не испытывала столько ненависти к кому-то. Как же мне хотелось сейчас самой сжать её дряхлую шею и придушить.

Собрав все силы в кулак, я ударила по двери. Ничего. Снаружи всё так же лил дождь. словно оплакивая меня. Лёгкий сквознячок скользнул из-под двери, и я ощутила знакомый запах свежей древесины и смолы.

«Вульфрик» — вспыхнула в моём сознании мысль.

Я снова ударила по двери и отшатнулась, когда она легко отворилась…

Моего любимого мужчины там не оказалось, но всего в шаге от меня, колыхаясь, в воздухе парила серая тень.

Та самая, что мы видели в храме и в доме отшельников. Я была в этом абсолютно уверена. Вздрогнув, тень подплыла чуть ближе и с моих глаз градом полились слёзы. Лицо призрака словно прояснилось, на меня с такой любовью смотрел папа.

Зарыдав, я засунула в рот кулак, не в силах справиться с эмоциями.

«Моя доченька, — шепнула тень, чуть подрагивая, — моя любимая девочка».

Слёзы душили удавкой.

— Папа! — выдавила я из себя. — Папочка!

«Иллюзия… как я учил… они ищут».

Я моментально всё поняла и набросила на себя самую лучшую свою иллюзию.

Там, где только что стояла я, теперь окружающие могли увидеть небольшого дворового пса. Вздрогнув, я опустилась на четвереньки.

Тень снова пошатнулась и поплыла вперёд. Я, хлюпая потёкшим носом, поползла за ней. Моя грудная клетка ужасно болела. Кашель прорывался наружу. Глаза щипали и горели из-за воспаления. Но я упорно ползла вперёд.

Главное, выбраться отсюда.

Позади послышался крик.

Гуроны заметались вокруг и загалдели на неизвестном мне языке. Тень отца чуть сдвинулась в сторону с протоптанной широкой тропинки.

Вокруг нас кружили другие призраки. Они, словно помогая мне, столпились вокруг, ограждая от размалёванных воинов.

Только сейчас я поняла, почему отец запрещал мне рассказывать о своём даре.

Видимо, предвидел, что когда-нибудь он сослужит мне добрую службу и поможет выжить. И он не ошибся. Я медленно ползла вперёд в образе дворовой жалкой собаченьки, окружённой десятком сбившихся теней.

И никто не обращал на меня внимание.

Кашель я душила в груди, не давая ему вырваться и выдать меня с головой. Утопая коленями и ладонями в грязи, переставляла конечности из чистого упрямства.

«Следы» — зашептали вдруг тени.

«Следы! Следы! Следы!».

Обернувшись, поняла, что тянутся за мной совсем уж не собачьи отпечатки лап.

Тени, колыхнувшись, закружились и зависли над самой землёй, скрывая мои следы от чужих глаз.