Вульфрик всё это время молча сидел за кухонным столом и наблюдал за мной. Это сначала немного нервировало, но вскоре я поняла, что такое внимание даже приятно.
— А вам не обидно? — набравшись смелости, спросила я.
— Не понял, на что и на кого мне обижаться? — он удивлённо вскинул брови.
— Вы вынуждены подчиниться инстинктам, и назвать своей ту, на которую они укажут. Это ведь не совсем ваш выбор.
На лице варда расцвела тёплая улыбка.
— Ты всё буквально понимаешь, мечта моя. Иных, да и Древних, не так уж и много.
Чем сильнее кровь, тем крепче эти самые инстинкты. Природа нами не разбрасывается. Простому человеку, чтобы понять, что перед ним тот единственный, нужны дни, недели, а бывает, что и годы тесного общения. И не факт, что человек поймёт, что перед ним его истинная половинка. С нами всё иначе.
Мы влюбляем себя сами, выбрав идеальную. Наше сознание формирует образ и когда перед нами появляется его воплощение — магия, душа, инстинкты, уж не знаю, как обозначить эти силы, но они начинают буквально вопить, что вот она, та самая, хватай, не теряйся.
Услышав такое объяснение, я хохотнула. И тут же припомнила нашу первую встречу — ничего у него там не вопило!
Глава 68
— Вы поняли, кто я далеко не сразу? — напомнила ему.
— Сразу! Просто во мне сильнее кровь Иного, а среагировал я как Древний: ощутил слабый цветочный шлейф. Ты пахнешь гиацинтами. Я люблю этот весенний аромат.
Такое бывает: вроде и чувствуешь сиятельную, но понимаешь, что не твоя. С тобой, вообще, интересно получилось.
Разум хотел, а инстинкты молчали, и только когда я потерял на мгновение контроль и выпустил Иного, они и проснулись. Но изначально, Томма, это был мой выбор. Только мой!"
"— Значит, вы не разочарованы? — знаю, что этот вопрос глупый: даже если и разочарован, он ведь не признаётся. Но хотелось услышать ответ, и пусть это будет откровенная ложь.
Полоская в холодной воде очередную тарелку, чуть напряглась, ожидая его признания. Но Вульфрик молчал. Обернувшись, я поймала его оценивающий взгляд.
— Давай начистоту, Томмали, — наконец, услышала я от него, — я увидел на дороге ползающую на четвереньках перепуганную женщину. Ношеное старое платье сбилось, обнажив изящные лодыжки, — ты потянулась за своей крапивой, ткань натянулась, продемонстрировав все изящные выпуклости твоей попки.
Спинка в прогибе такая манящая, а талия столь тонка, что мои пальцы соединяются, когда я её обхватываю. Это я уже проверил, так что можешь поверить на слово.
