Она была вне себя от бешенства, что ей не удается отсудить желаемое.
– И?
Близкий друг наклонился ближе к моей больничной кровати, весь обратился в слух.
– Она бросила что-то вроде: “Ты об этом пожалеешь…”
Михаил покачал головой:
– Ты же понимаешь, что этого недостаточно, чтобы обвинить ее в покушении."
"– Я четко запомнил эту фразу, но она сыпала угрозами. Стерва не могла вынести, что при разводе ее щелкнули по носу. Обещала, что привлечет своего отца… – попытался вспомнить точно, как звучали ее слова.
– Мол, он знает, как расправляться с такими выскочками, как я. Не одного отправил на больничную койку и не только.
– Это уже более весомо и серьезно звучит. Доказательства? – деловито поинтересовался приятель.
– Увы, – я покачал головой. – Свидетелей не было. Я не записывал наш разговор. Вообще не ожидал в тот момент встретить ее. Случайность для меня, но она будто меня поджидала, налетела с обвинениями…
– Ты запомнил еще какие-нибудь детали? Кроме ее угроз? Авария произошла на трассе, но может быть, ты запомнил что-то?
– Ночь, темнота, плохая видимость.
Серая иномарка. Кажется, серая. Больше ничего…
Я выдохнул легко-легко, поверхностно. Ребра болели ужасно, дышать было тяжело.
– Подай телефон, – попросил я. – Его ставили на зарядку.
– Этот разбитый? – усмехнулся друг. – Едва работает.
– Да, этот. Дай его сюда..
Даже поднять руку было сложно.
Практически невозможно.
На меня посыпались сотни уведомлений, буквально, сотни…
Среди множества чатов я нашел тот, что волновал меня больше всего.
Переписка с Миланой.
Последнее сообщение было отправлено ею больше двух месяцев тому назад.
Прочитал и сердце покатилось в бездну:
“Я жалею о том, что провела с тобой ту ночь. Забудь мой номер. Забудь, не пиши и не звони…”
Черт-черт-черт…
Еще и это…
Глава 31
Милана
Иногда мне казалось, что настоящая жизнь – это сон. Я будто уснула в момент, когда поняла, что попытка начать новые отношения закончилась крахом.
Тимофей испарился, словно его никогда и не было в моей жизни.
Зато Славы стало много – так много, как не было даже в начале нашего знакомства, когда он усердно добивался моего внимания и спешил каждую свободную минуту проводить рядом.
Тогда я продлила свой отпуск, закрыв глаза на недовольство директора, осталась еще на некоторое время в доме родителей. Поговорила, наконец, с мамой, помирилась с ней. Она была рада моей беременности и, к счастью, не наседала, чтобы я помирилась со Славой.
