Твоя на 7 ночей

Облизывает сухие губы и чуть прищуривается, наблюдая за мной.

А я наблюдаю за этим движением. Слишком долго смотрю на его губы, и он это замечает. Наконец, улыбается и подходит ближе. Цепляет пальцами подбородок и не даёт скрыть смущение. У меня всё перемешивается от этого властного движения, заставляющего подчиниться и склонить голову перед победителем.

Эрик ловит мой взгляд и целует.

Глава 18. Эрик

Если было что-то прекраснее адреналина, плескавшегося в крови, бурлящего и дурманящего… Так это видеть, как адреналин обволакивает Мину, опьяняет её и прогибает под себя.

Она дрожит в моих руках, задыхается и подставляется под страстные поцелуи. Глаза блестят восторгом, а зрачки расширены, как у наркоманки.

Да, иногда адреналин подсаживал лучше наркоты.

Я кусаю её губы, проникаю в жаркий рот, касаясь кончика её языка. Исследую и пробую на вкус. Прижимаю её к себе, стискивая тонкие руки в ладонях. Она такая отзывчивая и покорная, стонет в мои губы и тянется навстречу.

Адреналин и возбуждение смешиваются, заставляя меня действовать резко и жестко.

Сильнее впиваюсь поцелуями, стараясь утихомирить жгущий зуд внутри. Но с каждой секундой он только усиливается.

– Такая сладкая, - не могу от неё оторваться, хочется распробовать и оставить себе навсегда. – Не хило тебя повело, да, детка?

Она моргает, приходя в себя, и на острых скулах вспыхивает румянец. Прикасается к влажным губам, стирая ниточку слюны и смотрит на меня в ожидании.

Делает резкий вдох, и сама подаётся вперёд, увлекая в новый поцелуй.

Если бы не знал, какой она может быть, решил бы, что уже набралась где-то по дороге.

Мина знойная и страстная, трётся об меня, путешествует шаловливыми пальчиками по всему телу. Зарывается в волосы и притягивает к себя. Её конкретно кроет и меня от этого открытого желания ведёт ещё больше.

Я дёргаю девушку на себя, подхватывая под крепкую задницу. Она так восхитительно обхватывает меня ногами, что член болезненно упирается в ткань брюк.

– Шлемы, - бормочет она между поцелуями, когда я несу в сторону лифта.

Обхватывает ладошками лицо и долго целует, не отрываясь. – Мы не забрали шлемы.

– Плевать, куплю другие.

На всё плевать, даже если ключи забыл в замке зажигания. Опускаю её на ноги и зажимаю в углу, скрываю от любопытных камер. Рывком расстёгиваю пуговицы на джинсах и пропускаю руку под ткань её трусиков.

– Мокрая, - удовлетворительно выдыхаю на ухо, растирая смазку по пальцам. Она вскидывается, и сама насаживается, не сдерживая стонов.