Онлайн-библиотека книг
Мне никуда не деться от этого, и я сильнее подаюсь вперёд, стараюсь надавить так, как мне нужно.
– Да, да, - не узнаю свой голос, такой жалкий и просящий. – Пожалуйста.
Всё тело горит спазмами, меня лихорадит и колотит в накрывающем оргазме. По телу просто несёт вспышки молний и взрывов, заставляя выгибаться и кричать, не в силах сдерживаться.
Меня трясёт и трясёт, выгибая от удовольствия, длинного и опустошающего."
"– Мио, - Эрик издал протяжный рык, вдалбываясь в меня. Я чувствую, как его член сокращается во мне, как скользит по мокрым складкам.
Глава 24. Мина
Эта ночь сливается в непонятный коктейль из похоти, стонов, жара по всему телу, ощущения невесомости. Эрик не успокаивается ни на минуту – изучает моё тело, покрывает укусами, как заведённый. Будто тысячи лет девушку не видел.
Мы больше не занимаемся сексом, но губы жжёт от поцелуев, а внутри всё перманентно сдавлено от чужой близости. В какие-то моменты я словно впадаю в полудрёму, просто отключаюсь от переизбытка чувств.
– Устала, Мио? – ласково убирает влажные волосы с моего лица, обхватывает ладонями скулы. – Слишком для первой ночи. Измоталась, да?
– Нет.
Упрямство погубило её. Это высекут на моей могиле когда-то. Кивни, согласись и отдайся сновидениям. Но упрямо смотрю на улыбающегося мужчину и гну свою линию.
Эрик ухмыляется – хищно, развратно, победно.
Я отчаянно борюсь со сном и заставляю открыть глаза, смотря на него. Вряд ли ему понравится, если я отключусь во время секса. С другой стороны, уже практически утро и меня просто вырубает.
Мафиоцци подбирается ко мне, нависая. Мне кажется нет той клеточки его мощного тела, которого я бы уже не рассмотрела. Россыпь мелких шрамов на левом предплечье, перекрытый крылом ворона.
Тату огромное и недавно корректированное, раскидывающееся на спину и словно обнимающая крыльями мужчину. Бледный след от аппендицита, старый и грубый. Ни единого лишнего волоска на торсе, идеальный и прекрасный.
Я переворачиваюсь на живот, подставляя лопатки под поцелуи, а его руки сжимают ягодицы, разводя их в стороны. Я не могу больше ни двигаться, ни стонать, ни даже возбуждаться.
