Твоя Невольница, или Истинная для Дракона

Склонив голову, я потянулся к ней, вбирая в себя её запах. Сначала Юля испугалась, но потом несмело протянула руку, чтобы коснуться моего носа. Нежное прикосновение пронеслось волной жара по телу. Я тихо заурчал от удовольствия, наслаждаясь этим моментом. Кажется, впервые она сама касалась меня без страха. А на нежных губах играла лёгкая улыбка.

Когда она немного успокоилась, я присел на лапах и выпрямил крыло, помогая ей взобраться на мою спину. А там создал сеть щитов и жгутов, призванных надёжно удержать её и укрытьзащитить от потоков ветра.

Когда убедился в том, что она устроилась с комфортом, подхватил передней лапой коробку и взлетел. Крылья поймали встречные потоки ветра, быстро унося нас подальше от крепости и, надеюсь, прошлых проблем.

На самом деле, улетали недалеко, если судить по затраченному на дорогу времени. Но пеший путь занял бы не один день перехода по почти непроходимым горным тропам. Я осторожно опустился на усеянную синими цветами поляну возле прозрачного горного озера. Дождался, пока Юлия спустится, и только тогда обернулся.

Душа пела после полёта, а нахождение рядом самой желанной девушки в мире делало маленькое путешествие волшебным.

– Как тебе? – спросил, мягко коснувшись локтя Юлии.

Она изумлённо оглядывала окружённую горами поляну, с подступающими со всех сторон вечнозелёными деревьями. На губах застыла восторженная улыбка, а глаза сияли.

– Невероятно, – на выдохе произнесла она.

– Это только начало.

– Ты уже бывал здесь?

– Да, здесь я обрёл крылья.

– Это как? – она снова нахмурилась, поняв, что общалась со мной нормально, забывшись из-за красоты места.

– Вторая ипостась прорывается не сразу. Нас с детства обучают самоконтролю. И ближе к совершеннолетию мы совершаем свой первый оборот. Но перед этим нужно договориться со своим драконом, – улыбнулся, вспоминая свой первый полёт, завершившийся головокружительным падением. Борозда от приземления уже заросла цветами и травой, но просматривалась. – Я считаюсь поздним драконом. Вторая сущность долго не проявлялась.

И отец, отчаявшись, сбросил меня на этой поляне. Дал меч, кинжал, моток верёвок и огниво.

– И как ты выживал?

– Вокруг достаточно дичи и съедобных растений, – пожал плечами.

Сейчас я могу говорить о том времени спокойно. А тогда и сам был на грани отчаяния, опасался ведь, что никогда не смогу взлететь. Но борьба за выживание заставила отбросить лишние сомнения. И со временем услышать зов внутренней сущности.

– Но ты остался совсем один.