Нора снова погладила себя по груди, вызывая в памяти картинки ночного безумства, чуть сильнее сжала пальцы, снова застонала, ощущая, как горячая волна заливает низ живота. Господи, да когда же он уже вернется с какой-то дурацкой, так не вовремя назначенной встречи. Мама, конечно, не поймет, если они посреди белого дня запрутся в спальне, но Норе уже много лет было совершенно безразлично, что именно подумает мама.
Ожидание было настолько мучительным, что Нора усилием воли переключила свои мысли на другую тему, неприятную, почти болезненную.
Желание сразу пропало, как будто унеслось мутным внутренним потоком. Что делать с дочерью? В последний месяц Нора физически ощущала, как тает последняя близость между ней и ее девочкой. Ее кровиночкой. Ее продолжением.
Впрочем, она никогда не была сумасшедшей мамашкой. Выполняла все, что положено, лечила сопли и ангину, возила на море, вытирала попу, варила супы и кашки. Но всегда признавала очевидное – она рождена не для того, чтобы быть матерью. Нора не признавала точки зрения, что дети – главное предназначение женщины.
Если есть семья, нужны дети. Если они рождаются в материальном достатке, значит, их легко можно скинуть на руки мамок-нянек и видеть, только целуя на ночь, как испокон веков было заведено в дворянских семьях.
Если денег не густо, то через сводящую с ума круговерть пеленок, сосок, детской смеси, экземы, бессонных ночей и нескончаемых воплей нужно просто пройти, оставив ее позади. Раз в жизни, два, три, не важно. Пройти и забыть.
Ей повезло, что муж любил детей.
Если бы он мог, то заставил бы Нору родить целый выводок, но на это она, разумеется, не пошла. Зато и по ночам он дежурил, и по первому воплю вставал, и коляску толкал по засыпанной снегом улице, и пеленки стирал, этого не отнимешь. Так что материнство никогда не доставляло ей особых хлопот, и настоящие проблемы начались только сейчас.
Кто бы мог подумать, что взрослая дочь станет для Норы источником постоянной головной боли. Кто бы мог подумать, что она, вслед за отцом, встанет на сторону Эллы, обвинив мать в предательстве и отказавшись с ней общаться.
Нехорошо это, неправильно. Нора ощущала эту неправильность каждой клеточкой своего тела. Конечно, пока еще слухи по городу не поползли, но рано или поздно в ссоре с дочерью ее не обвинит только ленивый. Хотя к этому времени она уже будет жить в Москве, и ей станет наплевать на любые пересуды. Если все получится. Нет, так нельзя говорить. Когда все получится! Иначе и быть не может.
