Твоя вина

Я боялась ее угроз, но не хотела продвигаться дальше, не хотела идти по пути, который вряд ли смогу преодолеть в одиночку. Чувствовала себя виноватой, поскольку разорвала проклятое письмо. У меня нет на это права: оно предназначалось не мне, но я не хотела, чтобы мать Ника причинила сыну еще больше вреда.

Что Ник так говорил утром о ремонтниках? Он ведь хотел защитить меня? Теперь моя очередь.

И я, как всегда, сосредоточилась на Николасе: он был моим лекарством, моим счастьем и укрытием. Он заставил меня изогнуться и посмотреть на него.

– Где ты хочешь это сделать, в ванной или в постели? – мрачно спросил он.

Я понимала, что нужна ему, тем более после того как «удалила» его прошлое. Я тоже нуждалась в Николасе, поскольку, ввязавшись в авантюру, в конечном итоге обнаружила истины, которые предпочла бы скрыть… по крайней мере, на данный момент.

Он еще крепче обнял меня, и наши рты нежно соединились. Так и есть – мы нуждались друг в друге.

Наши позы быстро изменились: теперь Ник, положив руки мне на спину, склонился надо мной и принялся смаковать мой рот. Мои руки поднимались по его плечам, пока не уперлись в грубые щеки, влажные от воды. Его аромат заполнил мои легкие, и я ощутила жар в груди, согревающий меня изнутри.

– Ты такая красивая, – тихо сказал он, прижимаясь к моей разгоряченной коже. Его рот оторвался от моих губ и пробежал по подбородку, покусывая меня, пока не достиг шеи.

Мои пальцы скользнули по его груди, прессу, пока он не сжал мою спину так, что наши тела соприкоснулись, кожа к коже, не оставляя ни малейшего пространства между нами.

– Такая теплая и мягкая… – шептал он, когда его губы и язык смаковали мою мокрую плоть.

Он откинул меня назад, я издала хриплый вздох, чувствуя, как его ладони поглаживают мою спину, а рот захватывает левую грудь, смакуя чувствительную точку, жаждущую ласки.

– Посмотри на меня, – сказал он, отрываясь от меня.

Я увидела его глаза – такие же синие, как обычно, но в них сияло что-то еще, нечто невыразимое и страстное.

– Я люблю тебя и буду любить всю свою жизнь, – заявил он, и я почувствовала, как сердце пропустило удар, а потом резко возобновило бешеный бег.