— Я звоню из-за Ригеля!
Послышался шорох ткани.
— Ника, — ответила Анна сонным голосом, — что случилось?..
— Я знаю, что уже поздно, — поспешно сказала я. — Извини, но это важно! Ригель лежит на полу, он… он…
Я услышала дыхание Анны.
— Ригель? — ее голос зазвучал громче. — На полу? Как на полу? Ему плохо?
Я поняла, что говорю сумбурно, поэтому заставила слова выстроиться в нужном порядке и объяснила, что, спустившись вниз, я нашла его на полу.
— У него, кажется, жар. Я не знаю, Анна, я не знаю, что делать!"
"Я услышала, как она встала, шурша простынями, разбудила Нормана и сказала, что им надо прямо сейчас сесть на автобус или на что-нибудь еще, чтобы как можно скорее попасть домой.
Я сожалела, что напугала ее и оказалась такой инфантильной. Может, будь я посмелее, вызвала бы скорую помощь, поняв, что Ригель потерял сознание от высокой температуры. Но вместо этого я в панике позвонила Анне, которая была за сотни километров отсюда и ничего не могла сделать, и теперь мне хотелось кусать локти от досады на свою глупость.
— Боже, я чувствовала, что мы должны вернуться, я знала это, — голос Анны дрожал. — Ригелю нужно в постель, и тогда, тогда…
Анна, казалось, находилась на грани истерики. Я задавалась вопросом, не зашло ли ее волнение слишком далеко, но я не могла оценить ситуацию. Может, для родителей такая реакция вполне нормальна. Если бы я так испуганно не тараторила…
— Анна, с температурой я… я могу справиться. — Мне хотелось исправить свою ошибку и быть полезной, а еще надо хотя бы немного успокоить Анну.
— Я могу попробовать отвести его наверх и уложить в кровать…
— Ему нужен прохладный компресс, — перебила она, задыхаясь. — Боже, он, наверное, замерз, лежа на полу! И дай ему таблетку! Жаропонижающее в ванной, в боковой дверце шкафчика, флакон с белой крышечкой! Ох, Ника…
— Ты только не волнуйся, — сказала я, хотя волноваться, конечно, было о чем. — Сейчас я все сделаю! Анна, если ты подробно расскажешь, что делать, я…
Торопливые инструкции, которые она дала, отпечатались прямо в моем мозгу.
Я пообещала позвонить ей позже, сказав, что все поняла и начинаю действовать.
Я вернулась в коридор и остановилась в метре от Ригеля. Судорожно вздохнула и решила больше не терять времени. Вот бы взвалить его на закорки и затащить наверх. Легко сказать… Для этого как минимум надо до него дотронуться. Ригель не позволял мне прикасаться или даже приближаться к нему, и, когда я неуверенно положила руку ему на плечо, мои пальцы дрожали.
