Тогда Билли никогда не увидит тебя настоящую, и ты останешься гусеницей навсегда.
Мои слова погасли, как свечи. Я повернула голову и встретилась глазами с Мики. Она смотрела на меня так пронзительно и в то же время удивленно, как будто мои слова пробили ту самую стену, отделявшую ее от прекрасного мира. Она отвела взгляд и тихонько фыркнула. — Надо же, в списке людей, с которыми я могла бы поговорить на эту тему, ты определенно была на последнем месте.
Это не прозвучало обидно. Мики говорила так, будто только что проиграла небольшую битву с самой собой.
Ее слова означали, что я заслуживаю ее доверия.
— Вы с ней в этом одинаковы, — пробормотала Мики.
— В этом?
— Да. В том, как вы смотрите на вещи. Иногда ты мне ее сильно напоминаешь.
Мики со вздохом покачала головой и откинула капюшон. Я разглядела темные круги под ее глазами, слегка потекшую тушь на нижних веках. Черные волосы обрамляли ее угловатое лицо, и я не могла не отметить красивый изгиб высоких скул и ее пухлые губы.
За брюками с огромными карманами и мешковатыми толстовками скрывалась красота.
Мики заметила, что я смотрю на нее, и нахмурилась.
— Что такое?
Я улыбнулась.
— Ты красивая, Мики.
Ее глаза расширились. Она сжала губы, втянула шею в плечи и отвернулась, покрепче обхватив колени руками. Мне показалось, что ее щеки чуть порозовели.
— Ты со своими гусеницами, — сварливо пробубнила она, и я рассмеялась. Теперь я уверена, что Мики наконец-то расслабилась и повеселела.
— Эй, что тут у вас происходит?
Мы повернулись на голос и увидели, что на пороге кухни стоит заспанная Билли.
— Что вы там делаете? — снова спросила она.
Мики хотела что-то сказать, но промолчала и шутливо уткнулась лбом в коленки.
— Не волнуйся, — сказала я Билли, улыбнувшись, — просто попили водички вместе."
"Я провела у подруги весь день. Казалось, ничего не изменилось, хотя теперь я знала тайну Мики. Она все так же закатывала глаза, когда Билли ее дразнила. Им было очень весело друг с другом, еще и поэтому Мики не могла отказаться от Билли.
Пока мы делали задания, я получила пару сообщений.
— От кого это? — с любопытством спросила Билли, вытягивая шею.
От Лайонела.
Когда мне велели переслать «письмо счастья» пятнадцати адресатам, я оказалась в затруднительном положении. Я отправила его всем, кто был в адресной книге: Анне, Норману, Мики, снова Билли, компании — оператору связи. Оставалось отправить еще десяти, и мое сердце сжалось при мысли, что я разочарую бабушку Билли.
