От смелости парня не осталось и следа.
— Я просто хотел… — Смущенный, он водил рукой по стеблю, и взгляд Мики стал еще острее.
— Что?
— Нннет… ничего, — торопливо ответил он и, спрятав цветок за спину, нервно рассмеялся, а потом убежал, да так быстро, как будто земля горела у него под ногами.
Мы молча смотрели парню вслед.
— Одно можно сказать точно, — нарушила тишину Билли, — ты многих сводишь с ума. Мики замахнулась на Билли, и та весело взвизгнула. Они начали шутливую потасовку, извиваясь вокруг друг друга, как речные змеи.
А я тем временем открыла свой шкафчик.
И в следующую секунду мир остановился.
Улыбка сползла у меня с лица, я перестала слышать окружающий шум, его, как бездна, поглотил открытый шкафчик.
Она была… черная.
Черная, как безлунная ночь.
Неправдоподобно черная. Не знала, что такие вообще бывают.
Чернильно-черная.
Забыв дышать, я потянулась и вытащила ее из металлической клетки. Перед моими глазами предстала черная роза, дерзкая и колючая, овеянная печалью.
Стебель она имела не гладкий и безобидный, как у других, а усеянный шипами.
Я смотрела на розу так, как будто она ненастоящая. И на этот раз сомнений не возникло. Я вдруг все поняла. Сердце забилось, в мозгу щелкнул механизм. Я поняла то, что давно должна была понять. Учебники упали на пол, когда я попятилась, в пластыри впились шипы.
Я не теряла фотографию. Я никогда ее не потеряла бы. И чем глубже становилась моя уверенность, тем глубже роза впивалась шипами.
Я повернулась и побежала.
Мир перед глазами расплывался, когда я летела по коридору, двору, через ворота, повинуясь внутреннему импульсу. Я слышала слова девчонок: «Она черная…»,
«Никогда не видела черную розу…», «Какая красивая!»
«Она черная, черная, черная», — грохотало в голове, пока я бежала домой без оглядки. Трясущейся рукой я вставила ключ в замок, вошла, бросила рюкзак у лестницы, куртку — на верхней ступеньке. Мой набег разбился об его дверь. Я остановилась.
Роза царапала пальцы через пластыри. Она как будто являлась доказательством его вины.
Она развеяла мои сомнения, как бы безумно это ни было. Неправдоподобно, нелогично и абсурдно.
И все-таки, права ли я? Это он забрал фотографию?
Он мне сказал: «Не входи в мою комнату». Я резко нажала на дверную ручку и вошла. Ригеля дома точно не было, потому что после уроков он в наказание оставался в школе. Закрыв дверь, я осмотрелась. Все здесь стояло на своих местах. Шторы хорошо выглажены, кровать заправлена.
