Но больше всего времени проводила в Париже, где жили самые важные клиенты агентства.
Однажды после показа мод в Нью-Йорке и перед очередной поездкой в Париж Келли решила навестить мать и поразилась, насколько та постарела и опустилась. Келли решила немедленно увезти ее из Филадельфии, купить приличную квартирку и позаботиться о том, чтобы мать больше не знала нужды.
Мать, похоже, обрадовалась приезду дочери и ее успехам. Почти счастливая улыбка озарила потускневшее лицо.
– Ты многого добилась, Келли, – признала она.
– И спасибо за ежемесячные чеки.
– Не за что, мама. Мне не трудно. Но я хотела поговорить о другом. У меня есть план. Я все обдумала. И хочу, чтобы ты уехала со…
– Ба, кто это к нам пожаловал! Ее высочество, сама принцесса! – заорал некстати ввалившийся отчим. – Что это ты тут делаешь? Залетела в наши трущобы, вместо того чтобы расхаживать в шикарных платьях! Или уже вышвырнули пинком под зад?
Келли поняла, что придется отложить разговор до другого раза.
В этом городе у нее было еще одно дело.
Она отправилась в библиотеку, где провела столько чудесных часов, и, войдя в дверь со стопкой журналов под мышкой, обуреваемая светлыми воспоминаниями, поискала глазами ту, которой была обязана всем. Но миссис Хьюстон за столом не оказалось. Келли прошла в хранилище и увидела библиотекаршу у стеллажей. И не поверила своим глазам. Ее старая знакомая совершенно преобразилась. Изящная, в модном, дорогом платье, она деловито расставляла книги на полках. При звуке открывшейся двери миссис Хьюстон обернулась и ахнула.
– Келли! – почти взвизгнула она. – О, Келли!
Они крепко обнялись.
Наконец миссис Хьюстон отстранилась и взглянула на Келли:
– Что ты делаешь в Филадельфии?
– Приехала навестить маму, и вас тоже.
– Я так горжусь тобой! Не представляешь, насколько сильно!
– Миссис Хьюстон, помните, я когда-то спросила, чем могу отблагодарить вас? Вы ответили, что лучшей благодарностью будут мои снимки в журналах. Это вам.
И Келли вложила всю стопку журналов в руки миссис Хьюстон. Тут были «Элль», «Космополитен», «Мадемуазель» и «Вог».
И на обложке каждого была Келли.
– Я так счастлива! – просияла миссис Хьюстон. – Но хочу кое-что тебе показать.
Она подошла к столу, нагнулась и вытащила груду таких же журналов.
Келли смутилась.
– Господи, я никогда не смогу отблагодарить вас как следует! Ведь именно вы изменили мою жизнь!
– Нет, Келли, ты сама изменила свою жизнь. Понадобился лишь небольшой толчок. И этот толчок – дело моих рук. Больше ничего.
