Эрл Гринберг считался крепким профессионалом с весьма впечатляющим послужным списком. Второй, Роберт Прегитцер, седовласый, вечно небритый и взъерошенный, стоял с безразличным видом человека, видавшего и не такое.
– Он в вашем распоряжении целиком и полностью, Эрл, – объявил Уорд Гринбергу.
– И что мы имеем?
– Причина смерти – перерезанное горло. Рассечена сонная артерия. Коленные чашечки разбиты, и, похоже, несколько ребер сломано. Кто-то здорово над ним поработал.
– Как насчет времени смерти?
Уорд задумчиво уставился на волны, плескавшиеся у головы мертвеца.
– Трудно сказать. Думаю, его сбросили в реку где-то после полуночи. Точнее скажу, когда мы доставим тело в морг.
Гринберг снова оглядел труп. Серый пиджак, темно-синие брюки, светло-голубой галстук, на левой руке – дорогие часы. Гринберг встал на колени и принялся обыскивать карманы жертвы. Пальцы наткнулись на острый угол сложенной вдвое бумажки. Он вытащил ее, стараясь держать за край.
– Написано на итальянском. – Он осмотрелся.
– Джанелли!
– Да, сэр! – откликнулся один из полицейских. – Иду, сэр!
Гринберг протянул ему записку:
– Можешь перевести это?
– «Последний шанс, – медленно прочитал Джанелли. – Жди меня у семнадцатого пирса с остальной дурью – или будешь кормить рыб».
Он отдал записку Гринбергу. Роберт Прегитцер удивленно качнул головой:
– Мафиозные разборки? В таком случае с чего это они бросили его тут, на открытом месте?
– Хороший вопрос, – кивнул Гринберг, продолжая рыться в карманах трупа.
Обнаруженный бумажник оказался набит банкнотами.
– Во всяком случае, охотились они не за его денежками. А вот и карточка. Убитого звали Ричардом Стивенсом.
– Ричард Стивенс? – пробормотал Прегитцер. – Постойте, это не о нем что-то было в газетах?
– О его жене, – поправил Гринберг, – о Дайане Стивенс. Она дает показания в суде по делу об убийстве. Ответчик – Тони Алтьери, неужели не помнишь?
– Ну как же, – оживился Прегитцер. – Она посмела давать показания против крестного отца.
И оба вновь повернулись к телу Ричарда Стивенса.
Глава 1"
"В деловой части Манхэттена в зале заседаний номер тридцать семь суда по уголовным делам на Сентр-стрит, дом сто восемьдесят, шли очередные слушания по делу Энтони (Тони) Алтьери. Большое, просторное помещение было набито до отказа представителями прессы и просто любопытными.
На скамье подсудимых, в инвалидном кресле, скорчившись, сидел Энтони Алтьери, походивший на бледную жирную жабу.
