Ты будешь наша

А эти двое, всё ещё одетые, начинают ходит вокруг, в прямом смысле осматривая моё голое тело, словно хищники, которые поймали жертву и теперь оценивают её.

Соски твердеют под их взглядами, дыхание учащается, а ноги едва меня держат. Дима замирает сбоку и, подняв руку, распускает мои всё ещё влажные волосы. Вздрагиваю, когда прохладные кончики касаются голой спины.

Такие смешанные ощущения – возбуждение, страх, волнение, но никакого стыда.

– Раздень меня, – приказным тоном обращается ко мне Рома, встав передо мной.

Сильная и самостоятельная женщина внутри меня спряталась в угол и решает сегодня не показывать носа.

Сегодня я буду девочкой – слабой и подчиняющейся мужчинам.

Пальцы подрагивают, выдавая моё волнение, но я всё равно тянусь к полам футболки Ромы и, зацепив их, тяну вверх через голову. Я видела это тело не раз, но дыхание всё равно перехватывает, когда перед моими глазами оказывается голый торс мужчины.

Не успеваю насладиться видом тела одного, как меня притягивают к другому, не менее привлекательному, телу.

Жар, исходящий от Димы, окутывает, словно кокон, и мысли из головы вылетают моментально, когда, откинув мои волосы на другое плечо, мужчина касается влажными губами голой кожи.

Застонав я откидываю голову назад и прикрываю глаза, отдаваясь чувствам и впитывая в себя каждый поцелуй. Ощущения смешиваются, когда мою грудь накрывают шершавые ладони. Глухо постанываю, когда они сжимают и скручивают напряжённые соски.

Медленно уходим в пучину страсти, в порочный круг запретного. На моём теле четыре умелых руки: с одной стороны – нежная ласка, с другой – напористые касания.

Низ живота наполняется тяжестью, между ног зудит, хочется свести ноги, чтобы облегчить себе положение, но сил нет.

Глава 56

Дима продолжает покрывать мои плечи, шею, позвоночник поцелуями, при этом поглаживая подрагивающий живот, пока Рома уделяет внимание моей груди, словно ребёнок, получивший новую игрушку.

Возбуждение нарастает с каждой секундой, хочется большего, и я решаюсь не оставаться в долгу. Завожу одну руку за спину и через ткань брюк сжимаю бугор, упирающийся мне в поясницу, слыша шипение у самого уха.

Вторую руку протягиваю вперёд и накрываю каменный член Ромы, чтобы на этот раз услышать ругательство сквозь зубы.

Однако мне не дают играть и, резко подняв на руки, куда-то несут – в спальню. Рома бросает меня на кровать с какой-то грубостью и под моим взглядом начинает расстёгивать ремень на брюках, спускает всё вниз, оставаясь передо мной абсолютно голым.