Ты будешь просить еще

— Не мое дело, конечно, — уже серьезно начал Максим Эдуардович. — Но мне кажется, у Сони с Лексом все неплохо складывается, а у тебя скоро будет своя семья. Она пока маленькая, но одинокий мужик с ребенком — шикарный магнит для противоположного пола.

На это мне сейчас нечего ему сказать.

Следующей остановкой стал небольшой детский приют. От одного вида этого здания стало не по себе. Как здесь живут дети? Все отвратительно серое и мрачное что снаружи, что внутри."

"Шевцов ушел разговаривать с заведующей и минут через двадцать нас провели в специальную комнатку.

На руках у женщины средних лет сидит моя копия с любопытными зелеными глазками. На голове короткие кудряшки, как у матери, небрежно торчат во все стороны. Пухлые губки бантиком и затасканный тряпочный заяц, которого я дарил жене вместе с обручальным кольцом.

— Она говорит по- русски? — спросил у женщины на ломаном немецком. Та пожала плечами.

— Она молчит с тех пор, как ее к нам доставили, — перевел для меня юрист.

— Можно ее мне? — протянул руки.

Малышка крепче прижала зайку к себе, но от меня не отвернулась. Она изучила каждую черточку на моем лице прежде, чем воспитатель поставила ее на ножки. — Иди сюда, — присел на корточки и протянул руки. — Какая же ты красивая, — в середине груди распускается тепло и плавно заполняет все клетки, дотекая до сердца. — Я не обижу, Лекси. Иди сюда.

Несколько неуверенных шажочков и дочь подошла ближе. Она протянула свою крохотную ладошку к моему лицу, коснулась колючей щетины и тут же отдернула пальчики.

Я плюхнулся задницей на пол, подхватил кроху и усадил на колени. Малышка вздрогнула и собралась плакать, но почему-то не стала.

— Я помню этого зайку, — зачем я говорю это трехлетнему ребенку, который скорее всего даже языка не понимает? Но надо же что-то говорить, чтобы она привыкла ко мне, к голосу. — Я его подарил твоей маме.

— Мама? — прозвенел голосок моей девочки.

— Да, — я счастливо рассмеялся от того, что она поняла меня. — А я папа, Лекси. Твой папа.

— Папа? — дочь неуверенно попробовала на язык новое слово.

— Да, малыш, — я зарылся носом в ее кудряшки вдыхая вкусный детский аромат и уронил несколько счастливых слезинок прямо на макушку своей Алексии.

— Папа, — вновь повторила она, разрывая мое сердце на фейерверки.

‍​‌‌​​‌‌‌​​‌​‌‌​‌​​​‌​‌‌‌​‌‌​​​‌‌​​‌‌​‌​‌​​​‌​‌‌‍

Глава 59. София

— Ну что, ты готова? — руки Феликса легли на мою талию. Рывок и я прижата к сильному мужскому телу.