Ты будешь просить еще

Меня пронизывает острым желанием, глаза распахиваются, я начинаю трезветь.

""Что ты творишь, Софи!"" - ругаю себя, вздрагивая от очередного толчка и чувства вибрации в его штанах.

""А что такого? Ты же взрослая! Пора уже!"" - отвечают мои гормоны —""Что в этом страшного? Шикарный вариант для первого раза""

Но увидев, как наяву, ледяные глаза Лекса, которые еще сегодня днем потеплели для меня, я окончательно прихожу в себя.

— Стой… - Давид не сразу реагирует, рисуя узоры языком у меня на шее. — Стой, Дейв.

Не надо, - он поднимает удивлённый взгляд, в котором через край плещется возбуждение. Совесть кольнула, но я шуганула её в дальний угол сознания. Разум бьётся в конвульсиях пытаясь меня остановить, и я останавливаю нас. - Давид, нет! - повышаю голос скорее для себя. Помогает. Только предательское сердце бахает в груди слишком громко, а низ живота ноет от желания отдаться этому мужчине сию же секунду.

— От тебя пахнет желанием, - хрипит Дейв.

— Прости, — опускаю взгляд. — Не надо было.

Слишком рано.

— Все нормально, — он улыбается и осторожно пересаживает меня обратно на пассажирское место. — Сейчас покурю и провожу домой, — подмигивает и шарит по одежде в поисках любимых сигарилл.

Я тоже решаю покурить, раз уж все так вышло. Давид не задает вопросов, не упрекает и мне это нравится. Наверное, этим и отличается взрослый мужчина от незрелого парня. Он уважает любое мое решение, даже если оно озвучено вот так, на грани.

Судорожно вдохнув пару раз и шумно выдохнув, вытягиваю из пачки сигарету, чиркаю зажигалкой, пропускаю горький дым в легкие, расслабляюсь и не успеваю даже закричать, когда сзади в нашу машину врезается другая.

Она буквально сминает задницу дорогой иномарки. Подушками безопасности нас вжимает в сиденья. Я хватаю ртом воздух, Давид ошалело смотрит на меня и тоже тяжело дышит.

Пока мы выпутались из плена, пока мой мужчина выскочил на улицу, едва не сбив его с ног виновник ДТП пролетел мимо, исчезая в ночи.

У меня мелко дрожат руки, ноги начинают пружинить и сгибаться в коленях, я просто оседаю на асфальт в молчаливой истерике.

— Я так и умру в машине, да? — смотрю на подошедшего ко мне Давида."

"— Нет, малыш, — он с трудом держит себя в руках. Поднимает меня на ноги, прижимает к своей груди, я чувствую, как он дрожит. — Все будет хорошо, — перебирает мои локоны, путается в них, но упорно повторяет этот жест. Я даже не плачу, просто дышу им, стараюсь успокоиться, ведь ему тоже страшно.