Ты для меня?

Внезапно почувствовала прошедшую сквозь него…отрезвляющую волну напряжения. Каждой клеточкой своего тела, ощутила. У него не получалось вставить ключ в замочную скважину. Возможно, это и было причиной возникшего недовольства. Сменили замки, и его не предупредили?

— Все в порядке?

Со странным выражением на лице, Давыдов произнес:

— Спрячься за углом, пока не позову. Вон там. — Указал нужное направление. — Рядом с выходом на лестницу.

— Зачем?

— Так нужно!

Пожав плечами, Спирина двинулась в нужном направлении.

Не затевать же скандал на ровном месте, из-за странного поведения. Вот только, стоило ей скрыться, дверь квартиры распахнулась. И открыли ее изнутри!

— Что же ты так долго, сладкий? — Эхом разнесся по площадке приторный голос Покровской. — Я заждалась!

Что?

— Ты какого черта здесь забыла? — Злобный мужской рык. — Еще и в таком виде!

— Не злись, дорогой. Соскучилась, и решила сделать сюрприз. С-ю-р-п-р-и-и-и-и-з!

Все еще не веря своим ушам, Валерия осторожно выглянула из укрытия.

Лучше бы не делала этого.

Алина предстала перед Давыдовым во всей красе. А если быть точнее, в костюме домработницы, состоящим из крошечного передничка на талии, да чепчика на голове.

Дышать стало нечем. Грудь, словно стальными прутьями стянуло.

Ее, будто в чан с кислотой окунули! Как ото сна пробудилась, честное слово.

Что ты творишь, Лера? У него же, девушка есть! И ты однажды была на ее месте!

Горло неистовыми тисками сдавил болезненный спазм. Глаза зверски защипало от едва сдерживаемых слез.

Как же хотелось закричать, что есть мочи. Надрывая глотку. Груз прошлого, навалился с невероятной силой, стирая все границы реальности.

Дежавю! Проклятое дежавю!

Пережитая однажды боль, вырвалась наружу.

Леонид…Герман. Да, какая к черту, разница?!

Они все одинаковые. Все из одного теста. Скоты…животные!

Ярость и обида затмевала разум. Как же она сейчас ненавидела их. Всех их!

Мужчин.

«Я люблю тебя! Люблю!» — Шептал Леня. — «Мне никогда не стать прежним».

Заткнула уши, вмиг заледеневшими ладошками, будто это могло заглушить голос, звучащий в голове.

Лжец! Не предает тот, кто любит.

«Я не закончил с тобой!» — Утверждал Герман, менее часа назад.

Закончил, дружочек! Еще как закончил!

Проходить через тот ад, через тот эмоциональный крематорий, Лера более не планировала. Из пепла восстала, не для того, чтобы свои мазохистские наклонности лелеять. А для того, чтобы счастливой быть. И независимой.

Из размышлений вырвал гневный голос Давыдова.