Да и стиснул его столь сильно, словно намеревался, как минимум, раздробить своими клешнями кость. В ту секунду, каждым волоском своей кожи прочувствовала, мощнейшую волну безграничной ненависти и злобы, исходящей от вторгшегося в ее личное пространство человека.
Зашипев от боли, резко развернулась, намереваясь отвесить приличную пощечину наглецу, и…застыла подобно статуе, не в силах справиться с первичным шоком. Занесенная для удара рука, безвольной плетью повисла вдоль туловища — внезапно онемела.
Крик! Безмолвный крик израненного сердца, так и не слетел с губ. Никто не увидел, как оно вновь, брызнуло кровью, все еще не сумев до конца исцелиться. Как выплюнуло стягивающие его железные скобы, закрепленные самим временем, для скорейшего заживления."
"Время лечит? Черта с два! От этой боли нет спасения! Из-за нее по-прежнему хочется выть, вцепившись в собственные волосы, от бессилия…
— Со мной потанцуй, красавица, — прошелестел мужчина, сочась ядом, — раз никому не отказываешь!
Кровь отхлынула с лица, делая Леру бледнее больничной простыни.
Сердце же, обезумев, нещадно таранило грудную клетку своими мощными простреливающими ударами. Ни живая — ни мертвая, прибывая на грани обморока, с ужасом осознала — становится нечем дышать! Не хватает воздуха. Катастрофически. Легкие отказываются втягивать спасительный кислород, и все тут!
Нет! Нет. Только, не он. ТОЛЬКО. НЕ. ОН!
— Повзрослела. — Продолжал, разглядывая все с тем же призрением.
— Похорошела. Окончательно расцвела!
Кто бы мог подумать, что однажды судьба, вновь столкнет их лбами? После всего…
Колотило. Боже, как же ее трясло сейчас! И не понятно, от чего больше. От ненависти к этому ублюдку, или воспоминаний, так нагло и настойчиво терзающих сознание. Ногти до крови впились в кожу ладоней, да только боли физической Лера не чувствовала. Увязла в душевных муках, без надежды на спасение.
Голосовые связки, и те совершенно не слушались, будто не ей принадлежали.
Однако собрав всю волю в кулак, сфокусировала взгляд на лице «собеседника». Приложив немалые усилия, прокаркала чужим старушечьим голосом:
— Неужели, земля все еще Вас носит, Марк Георгиевич?
— Как видишь!
Коротко, но емко.
— Жаль…я-то думала, — голос дрогнул, — Вы давно уже, сквозь нее провалились! В самое пекло!
— Не дерзи! — Свободной рукой, бывший босс притянул к себе за талию, как только заиграла новая музыкальная композиция.
