Ты еще мала

Но внезапно, как будто кто-то вмешался, он отступил назад, освобождая меня от своего страстного объятия. Тишина вернулась, и в комнате осталось только наше тяжелое дыхание.

— Мы не можем этого делать, Мира, — прошептал он, его голос звучал смешанным чувством вины и жажды.

Я смотрела в его глаза, и в них видела такое же желание, что и в своих. Но слова, произнесенные им, словно напомнили о реальности, в которой у нас нет места для этого.

— Почему? — спросила я, хотя знала, что ответ на этот вопрос не приведет ни к чему хорошему.

Он отвернулся, словно искал поддержки в темной комнате, и я поняла, что мы оба попали в сложный лабиринт своих чувств, от которого нет выхода.

— Потому что я не хочу, чтобы завтра ты пожалела, — ответил он, его голос звучал напряженно и устало.

— Давай ты перестанешь так много додумывать, тем более за меня! — возмущенно воскликнула я, чувствуя, как гнев и разочарование заливают меня.

— Мирослава…. — начал он, но я не дала ему закончить.

— С меня хватит! Не ты, так я найду того, кого не будет волновать какая-то разница в возрасте и всякие предрассудки! — не сдавалась я, решив, во что бы-то ни стало, настоять на своем.

Когда я произнесла свои слова, чувствовала, как мое тело напрягается, готовясь к возможной конфронтации. В моих глазах была решимость, а в голосе — отсутствие сомнений.

— Не посмеешь! Я твой законный муж! И право первой брачной ночи только за мной!

Его реакция была не менее яркой. Он стоял передо мной, напряжение его тела чувствовалось в воздухе. Его выражение лица было настойчивым, а голос — пронизывающим.

Мы словно стояли на краю пропасти, готовые в любой момент сорваться вниз. Но ни один из нас не собирался уступать. Каждый из нас стоял на своем, борясь за свои убеждения и свою свободу.

— Ну так воспользуйся уже им! Иначе через несколько часов ты утратишь эту возможность! — решительно повторила я, чувствуя, как напряжение в комнате достигло своего пика.

В глазах Вадима зажегся огонь. И уже в следующую секунду он прижался ко мне и я почувствовала тепло.

Он усмехнулся моей реакции и опустив голову, нежно прикусил шею, затем стал прокладывать дорожку поцелуев, поднимаясь выше.

— Ты моя жена! — почти по буквам прошептал он и впился в мои губы, словно подтверждая свои слова действиями.

По телу прошлась дрожь. Наше дыхание становились все более частым, и в темной комнате ощущалась лишь пульсация наших сердец.