Побеспокоила взрослого мужчину, неумышленно заставила везти мне лекарства. Я ждала, что Шахов-старший начнет меня стыдить за побег, но этого не происходит.
Мне хочется объясниться, но что я скажу? Как объяснить Марату, почему не могу оставаться в доме его брата? Не скажешь ведь, что я чуть не отдалась его брату, с которым мы практически незнакомы.
Ирка мнется за спиной Шахова. Хлопает большими испуганными глазами. Наверное, мои не меньше. Тоже напоминают глаза испуганного кролика. Ко мне до сих пор не вернулся дар речи.
Стою и от стыда обтекаю. Вот это мастерство: без слов, угроз и злой мимики поставить оппонента на место, пристыдить и вызвать желание извиняться.
— Тимуру дадут пропуск в общежитие на несколько дней. Если ты не против, он будет приезжать и ставить тебе уколы. Раз бы больше никому не позволяешь, — уголки его губ дрогнули, мне оставалось только догадываться, что вызвало легкую мимику на его лице. — Так ты не возражаешь?
Мотаю головой, хотелось бы возразить, да нечем.
— Следи за своим состоянием.
Не запускай. Всего доброго, — разворачивается, чтобы уйти. Ирку сдувает с его пути, она жмется к стенке.
Мы стоит в прихожей, смотрим, как закрывается за Шаховым дверь. Какое-то время молча пялимся на закрытую створку, не сдвинувшись с места.
— Кто это был? — первой заговаривает подруга. — Я правильно поняла, это брат Шахова? — с восторгом и страхом.
— Угу…
— Блин, вот это мужик. Я от страха чуть не уписалась, а он такой… такой… культурный, воспитанный, не то что младший, — Ирка Тимура невзлюбила – и есть за что.
«Он мне тоже не нравится», — убеждаю себя. Про сцену в спальне лучше не вспоминать и не допускать повторения. Я не ханжа и не против секса, но это должно произойти с любимым человеком.
Мы отмираем, перемещаемся в гостиную. В пакете лежат лекарства, ингалятор, назначение врача. Нахожу нужные препараты, выпиваю. Чувствую, что поднимается температура.
— Подожди, это получается… Шахов к нам в комнату будет приходить? — возмущается Ирка.
Я тоже не в восторге, но понимаю, что это к лучшему.
Вылечиться нужно как можно скорее. Рядом всегда будет подруга и не даст мне совершить глупость.
— Представляю, как девчонки от зависти будут давиться. Сплетни начнут разносить. Он, конечно, гад, но они-то об этом не знают.
— Ты, главное, будь со мной рядом, — подруга не понимает, почему я об этом прошу, а я стесняюсь рассказать.
— Пусть даже не мечтает выставить меня за дверь, — фыркает подруга, убирая с покрывала черную нитку.
