— Странно называть ребенка в честь бывшего?
— Ты мама, и только тебе решать, как ребенка назвать, учитывая, что папа у вас… неудачный подобрался. Чего только мать его стоит, — Макар бросает взгляд на выход.
— Не знаю, куда только мои глаза смотрели, — я пытаюсь пошутить, но мне самой не смешно. Естественно, Макару тоже.
— Давай прогуляемся, ты побледнела. Или всё же поешь? — уточняет. Качаю в ответ головой, — Тогда я чай нас с собой закажу, — поднимается, не дожидаясь появления официанта.
Только выйдя на воздух, я понимаю… На вынос это заведение не работает.
Спецзаказ. Мой любимый облепиховый чай.
— Кофе тебе пить не стоит, вернемся и ляжешь сразу спать, — за все проведенные вместе дни, я уже поняла — Макар принимает решения сам. Советы он не дает.
Я тоже принимаю решения всегда сама. Но не от того, что мне так хочется, или нравится, просто иначе никак. Так что я только за, чтоб кто то сказал мне как поступить лучше, тем более сейчас. Состояние словно мешком пыльным пришибли. Шибли и Шибли, я бы сказала.
— Она тебя больше не побеспокоит, — произносит ровно, сразу после того, как что — то печатает в телефоне и убирает в карман брюк.
— Да она до этого столько лет не беспокоило. Не знаю, чего это в ней накипело.
— Пусть и дальше будет как раньше, — Макар останавливается. Его ладонь ложится мне на щеку, пальцы, касаясь уха, зарываются в волосы, — Мне очень жаль, что вечер нам испортила эта… назовем её женщиной, условно, — его глаза загораются недобрым огнем, — Постарайся себя не накручивать.
Обещаешь?
Киваю, стараясь зрительного контакта не разрывать.
— Не вовремя очень, но завтра партнер прилетит, — Макар говорит словно нехотя, — Надо будет с ним встретиться. Объект посмотрим. Не хочу тебя оставлять.
— Все в порядке, — вставляю.
Макар усмехается.
— Даже не сомневался, ты найдешь, чем заняться, — в следующую же секунду чувствую прикосновение его губ к своим. Даже не прикрывая глаз, перед собой ничего не вижу. Любые касания с ним меня отключают, — Хочу тебя до безумия.
Не думаю, что ты хочешь на набережной сексом заниматься или в машине, — отстраняется Макар спустя какое — то время. Определить невозможно. В космосе течение времени совершенно иное.
Касаюсь пальцами губ. Сколько уже времени прошло? Я успела вернуться к себе, сходить в душ, и лежу в постели достаточно долго. А они всё горят. Ощущения настолько новые, как- будто мне снова пятнадцать. Контролировать то, что внутри невозможно. Дело не в похоти, и даже не в страсти.
