— Так, сегодня наш праздник! — весело и в тоже время строго произносит Ленок, — Кто следующий будет тост говорить?
Девочки ещё сидят, пока я проверяю отчет. Проверяю и переделываю. Юля, то и дела подходящая ко мне, всё время сетует на свою невнимательность. Я же её успокаиваю, что дело не в ней, а в тупом никому не нужном, по сути, но очень важном отчете. Всё как всегда, не находите?
Звонит телефон. Макар.
— Мы подъехали, — понимаю, что Егора он у Ани уже забрал, — Если освободилась, то выходи. Если нет, мы пойдем есть мясо, подождем тебя там.
— Мне еще пол часика надо, — отвечаю ему, при этом столбцы заполняю. Ручная сборка отчетов, моя «любимая», — Но я подожду, пока мясо, — выделяю интонацией, — Вы поедите.
— Вот уж спасибо, — произносит насмешливо признательным тоном, — Присоединяйся к нам. Будем ждать.
Прощаюсь, и только потом понимаю. Девчонки даже стучать вилками, да палками перестали.
Сурикаты мои ненаглядные. Шейки свои вытянули и замерли в ожидании. Вид открывается просто чудесный.
— Чего это вы не жуете? — делаю вид, что не понимаю первопричину.
Бегло печатаю. У меня теперь есть стимул быстрее закончить. Мяском ещё сверху покормят.
— У неё точно кто — то появился, — Катенька разве что в ладоши не хлопает. А нет, хлопает.
— Ия, а ну — ка нам расскажи! Мы тебе всё рассказываем, — если говорит именно о Лене, то да, она мне рассказывала обо всем, я, можно сказать лично, знаю всех с кем она была в отношениях, пусть даже краткосрочных.
— Что я должна рассказать? — отпираться буду до последнего.
Шланг спасает во всех ситуациях.
— А то ты не знаешь кто он, — произносит Таня отпивая шампанское. Такая довольная, точно куш сорвала. Вот уж от кого не ожидала.
— Тааак, — взгляд Лены летает от меня к Тане, молниеносно, несколько раз. Я молчу, — Гайворонский серьезно? — брови бывшей коллеги несутся к волосам, — Или Янсон? — сглатываю, словно в затылок меня долбанули.
Немного теряюсь. Я себя не накручиваю, только потому что не думаю о нашей с ним встрече у меня дома. Уровень абстрагирования максимальный.
Вспоминать себе запретила. Единожды чем — то подобным я жизнь себе уже испортила, больше не буду.
— А я — то думаю, чего они нам быстренько всё заплатили. На века контрольную работу и аналитику сделали. Ия, серьезно? — голос Лены вибрирует, заинтересованность на пике, немного и взрыв будет, — Ну чего ты молчишь?
— Ленчик, мне рассказать просто нечего, — смотрю на нее поверх монитора, губы с сожалением поджимаю.
Она тут же дует свои.
