Рука Макара ложится на талию, всё вполне так прилично, и все таки завожу руку за спину, и перехватываю его ладонь. Крепко сжимаю ладонь.
— Так тоже мне нравится, — смотрит на наши руки переплетенные.
— Мне тоже нравится. Когда тебя касаюсь, не страшно.
— А зря. Обычно я «куколок» не принимаю, по меньшей мере не воспринимаю, — тон обыденный.
— Макар Викторович, да Вы шовинист, — старательно прячу улыбку.
— Возможно, — наклоняется и целует меня в висок. Очень нежно, — Обычно они тупо себе мужика присматривают, вся энергия на это направлена.
Дела рабочие их не очень волнуют, но ты у нас пошла другим путем, от обратного, — улыбается мне очаровательно, настолько, что я спорить с ним всё желание теряю.
— То есть тебя тут кто — то, возможно и не одна, соблазнить пытаются? — вскидываю подбородок и в глаза Макару смотрю.
— Я на тебе помешался, даже если я так, я не заметил, — пожимает плечами.
— Придется тебя в транс вводить и допрашивать, — большим пальцем глажу ладонь Макара.
— Пожалуйста, только с пристрастием.
Как ты умеешь, — тянет меня на себя и целует, от ощущения его языка в своем рту, дыхание напрочь спирает.
Отстраняюсь от него, запрокидываю голову в попытке восстановить дыхание. На глаза попадается мое отражение в зеркальном потолке.
— Вот так — то лучше, а то совсем бледная стала. Скажут, я над тобой издеваюсь.
— Я подтвержу, — поправляю ремешок сумочки и выхожу из лифта вслед за Макаром.
Сижу в кабинете Макара и жду, как в детстве. Папа брал меня за собой. Иногда, строго на строго запрещая ходить по коридором, обычно так бывало в дни проверок.
Сейчас у меня дежавю, убедительно попросили подождать, как тут откажешь. Его секретарь устроила мне краткий экскурс, заняло это от силы несколько часов. Теперь листаю последние годовые отчеты, они всегда дают картинку весьма обобщенную. Интереснее заглядывать глубже.
В приемной слышатся тяжелые шаги, мужские голоса. Секретарь просит их подождать, посетители смеются, дверь тут же открывается.
— Ворон, посмотри, кто нас решил навестить, — последнее слова Илья произносит тише.
Понимает, что птичка наша не в гнездышке.
— Здравствуйте, — с улыбкой поднимаюсь на ноги.
— Володя знакомься, — Илья обращается к своему спутнику. Мужчина постарше, на вид я бы сказала лет пятьдесят пять. Выглядит хорошо, небольшое пузико его не портит, зато морщин совсем не много, — Это Ия, — смотрит на меня прикидывая что — то свое, — Ия, это Владимир, он же
Володя.
Мужчина меня приветствует.
