Смотрю на сына внимательно, — Ты не будешь ругаться?
— Ну так — то в планах не было, — как можно ругаться, когда на тебя так доверчиво смотрят.
— Я кушать хочу, — произносит вздыхая, — Не знаю как так вышло. То одно, то другое, забегался.
Смеяться с Егором начинаем одновременно. Боже. Не может же генетика быть так сильна?
— Где — то я слышал это, много лет назад, — отсмеявшись произносит Егор, прищуривается, — Да, точно слышал, — толкаю болтуна в плечо.
Маленький нас не понимает, слегка удивлен.
— Бывает, малыш, что — нибудь придумаем. Хочешь закажем? — произношу сразу, не дав ему уточняющие вопросы задать.
— Вообще я домашнюю еду люблю, — серьезно так произносит мой сын. От чего мне снова становится смешно. Сегодня он явно ведет себя странно. Обычно, только заикнись, и главный вопрос будет в том, сколько сырных соусов ему заказать к картошке, и можно ли колу со льдом.
— Что с тобой? — тыльной стороной касаюсь его лба.
— Конечно, — отмахивается сын, — Хочу вареники с клубникой.
Ты же оставляла? — столько надежды в глаза не вселяли ни одни вареники в мире.
— Да, рыбкин, остались. Приедем, сварю.
— Я тоже такие люблю, — произносит большенький. Не удивил, знала, что не промолчит. Каждый раз, когда мы летом бывали у бабушки Егора, бедная женщина в пять утра вставала, чтоб успеть к завтраку их приготовить. С пылу, с жару. Для любимого единственного внука.
— Там не много, — выпаливает мой «воспитанный» мальчик, — Но я поделюсь, — добавляет, словив мой недобрый взгляд.
Оставшуюся часть дороги до города проводим почти в тишине. Стараюсь не погружаться глубоко в мысли. Только сейчас не хватало начать тонуть.
— Егор Александрович, в какой адрес? Или в гостиницу? — уточняет водитель. Егор тут же бросает вопросительный взгляд на меня, Любое замешательство и он поедет к «себе». Говорю адрес тут же, не давая себе времени на подумать. Особой пользы это занятие мне не приносило."
"Сыночек начинает кунять почти сразу же, после ужина.
Засыпает сразу же, после душа. Все по нашей программе, лежит на моем плечо, закинув на меня свою нижнюю конечность. Егор остался на кухне, когда мы выходили он по телефону начал говорить, отвлекать не стала. Сейчас же надо собраться и выйти к нему. Повода задерживаться нет, ребенок мой спит. Сердце стучит где — то в горле, в предвкушении. Успокаиваю тем, что сейчас мы постарше, не такие горячие и импульсивные. Помогает не слишком.
